Этот человек, ищущий с такою неутомимостью гибели русского войска и так усердно отыскиваемый патриоткою, он здесь, это что-нибудь значит; это
не к добру, тем более что Шлиппенбах должен быть ныне в Гельмет, не подозревая еще грозной тревоги!
Неточные совпадения
— Да уж они и нуканья
не слушают, сударь. Мы проехали от Мариенбурга (тут кучер начал считать что-то по пальцам), да! именно, на этом мостике ровно четыре мили, что мы проехали. До Менцена еще
добрая и предобрая миля; будут опять пески, горы, косогоры и бог знает что. Вздохните хоть здесь, на мосту, бедные лошадки, если уж
к вам так безжалостливы. И пушке в сражении дают отдых, а вы все-таки создание Божье!
— О! да я его вижу сквозь сучья; он кивает мне головой,
добрый старик! Здорово, здорово!.. Ступай же
к нему, Розхен, и скажи, чтобы он, как скоро увидит красный значок Немого на высоте креста, тотчас выстрелил из ружья по воздуху и немедленно воротился домой. Прощай, милое дитя! Бог и ангелы Его с тобою: да избавят они тебя от злого искушения!.. Но ты побледнела, Роза.
Не дурно ли тебе от беганья и жару?
—
Добрые люди! — произнес он, обратившись
к ним. — Вам жарко теперь идти.
Не хотите ли отдохнуть с нами и разделить нашу походную трапезу?
— Пасквиль именно на меня! — сказал, усмехаясь, Паткуль. — А как мое
доброе имя
не может пострадать от сумасбродных людей, то я сочинителю письма и посланнику его охотно прощаю. С тем, однако ж, — прибавил он, обратившись
к раскольнику, — подобных бумаг в стан русских
не пересылать. Смотри! перескажи это, закоснелый невежа, твоему учителю. В противном случае Мурзенко с своими татарами отыщет его в преисподней. Тогда
не пеняйте на изменника Паткуля. Вот мой ответ: слышишь ли?
Карла. Швед, как пришел из-за этого моря, застал врасплох наших да и завладел всем здешним краем и святую церковь в нем разорил. За что ж дерется ныне наш православный батюшка (снимает шляпу) государь Петр Алексеевич, как
не за свое
добро, за отчину свою давнюю? Видите, как она примкнута
к России, будто с нею срослась. Россия-то вправо, рубеж зеленою каемочкою означен.
Распустил он полки свои по хватерам и нас, нежданных гостей,
к себе
не чает; а мы в
добрый час да со святою молитвою нагрянем на него, как снег на голову».
Расставшись с семейством скотника, Луиза оставила в его хижине благодетельные следы своего посещения.
Не видав Густава, она сделала бы то же из великодушия, из сожаления
к несчастным; теперь благотворила, может быть, по влечению другого чувства; может быть, присоединилась
к этому и мысль, что дары ее смешаются вместе с дарами Густава, как сливались в эти минуты их сердца. Спутник ее, смотря на радость
добрых людей и слушая рассказы о благородных поступках Густава, был восхищен до седьмого неба.
— Нехорошо, нехорошо, — сказал Собакевич, покачав головою. — Вы посудите, Иван Григорьевич: пятый десяток живу, ни разу не был болен; хоть бы горло заболело, веред или чирей выскочил… Нет,
не к добру! когда-нибудь придется поплатиться за это. — Тут Собакевич погрузился в меланхолию.
— Ох, чует мое сердечушко, што
не к добру ты нагрянул, — причитал Лука, добывая полотенце из сундучка. — Василий-то Назарыч не ждал ведь тебя, даже нисколько не ждал, а ты, на-поди, точно снег на голову…
Неточные совпадения
Артемий Филиппович (в сторону).Эка, черт возьми, уж и в генералы лезет! Чего
доброго, может, и будет генералом. Ведь у него важности, лукавый
не взял бы его, довольно. (Обращаясь
к нему.)Тогда, Антон Антонович, и нас
не позабудьте.
Г-жа Простакова. Ты же еще, старая ведьма, и разревелась. Поди, накорми их с собою, а после обеда тотчас опять сюда. (
К Митрофану.) Пойдем со мною, Митрофанушка. Я тебя из глаз теперь
не выпущу. Как скажу я тебе нещечко, так пожить на свете слюбится.
Не век тебе, моему другу,
не век тебе учиться. Ты, благодаря Бога, столько уже смыслишь, что и сам взведешь деточек. (
К Еремеевне.) С братцем переведаюсь
не по-твоему. Пусть же все
добрые люди увидят, что мама и что мать родная. (Отходит с Митрофаном.)
11. Законы издавать
добрые, человеческому естеству приличные; противоестественных же законов, а тем паче невнятных и
к исполнению неудобных —
не публиковать.
Свияжский подошел
к Левину и звал его
к себе чай пить. Левин никак
не мог понять и вспомнить, чем он был недоволен в Свияжском, чего он искал от него. Он был умный и удивительно
добрый человек.
Раз решив сам с собою, что он счастлив своею любовью, пожертвовал ей своим честолюбием, взяв, по крайней мере, на себя эту роль, — Вронский уже
не мог чувствовать ни зависти
к Серпуховскому, ни досады на него за то, что он, приехав в полк, пришел
не к нему первому. Серпуховской был
добрый приятель, и он был рад ему.