Неточные совпадения
Дворец, государыня, золотые кареты,
прекрасная, разряженная княжна — все это еще кружилось радужным вихрем пред глазами цыганки.
— Надеюсь, господин Волынской, что вы не подожжете моего
дворца, если мы похитим вашу
прекрасную… как бишь? за которую дрались греческие цари?
И могла ли она вообразить себе, чтобы эта самая
прекрасная княжна, живущая во
дворце, окруженная таким очарованием счастья, была некогда маленькая цыганочка Мариула, в худых, суровых пеленках, под разодранным шатром?..
Казалось, что такому напряжению радостно разъяренной силы ничто не может противостоять, она способна содеять чудеса на земле, может покрыть всю землю в одну ночь
прекрасными дворцами и городами, как об этом говорят вещие сказки. Посмотрев минуту, две на труд людей, солнечный луч не одолел тяжкой толщи облаков и утонул среди них, как ребенок в море, а дождь превратился в ливень.
Неточные совпадения
Русь! вижу тебя, из моего чудного,
прекрасного далека тебя вижу: бедно, разбросанно и неприютно в тебе; не развеселят, не испугают взоров дерзкие дива природы, венчанные дерзкими дивами искусства, города с многооконными высокими
дворцами, вросшими в утесы, картинные дерева и плющи, вросшие в домы, в шуме и в вечной пыли водопадов; не опрокинется назад голова посмотреть на громоздящиеся без конца над нею и в вышине каменные глыбы; не блеснут сквозь наброшенные одна на другую темные арки, опутанные виноградными сучьями, плющами и несметными миллионами диких роз, не блеснут сквозь них вдали вечные линии сияющих гор, несущихся в серебряные ясные небеса.
Пересилило большинство новых членов, и
прекрасный фасад Английского клуба, исторический дом поэта Хераскова,
дворец Разумовских, очутился на задворках торговых помещений, а львы были брошены в подвал.
Привет тебе, // Краса
дворца,
Прекрасная Елена!
В один из ноябрьских вечеров 1740 года в уютной и роскошно меблированной комнате внутренней части
дворца в Летнем саду, отведенной для жительства любимой фрейлины императрицы Анны Иоанновны, Якобины Менгден, в резном вычурного фасона кресле сидела в задумчивости ее
прекрасная обитательница.
Но среди всех упоений такой неслыханной фортуны Разумовский оставался всегда верен себе и своим. На клиросе и в покоях петербургского
дворца, среди лемешевского стада и на великолепных праздниках Елизаветы Петровны он был все таким же простым, наивным, несколько хитрым и насмешливым, но в то же время крайне добродушным хохлом, без памяти любившим свою
прекрасную родину.