Неточные совпадения
И прежде знакомства своего с
дочерью Горлицына отдано им было, раз навсегда, его людям приказание сказывать везде, где не
знали его несчастной истории, что он вдовец.
— От вас не скрою: я вас уважаю, как друга. Вот видите, прекрасный молодой человек Селезнев… достойный во всех отношениях… вы его
знаете… удостоил чести просить руки моей
дочери…
— Вините судьбу мою, обстоятельства!.. Намерения мои были всегда чисты; заслужить руку вашей
дочери, но заслужить ее честно, благородно, — было одним побуждением моим во всех моих действиях с того времени, как ее
знаю. Ради Бога, не осуждайте меня…
— Прочтите эту записку и пошлите ее к Волгину.
Знаю наперед, что вы на нее согласны, потому что вам дорого счастие вашей
дочери.
Как
узнала о семейных делах Волгиной охотница до процессов, — никто из читавших ее письмо не старался исследовать. Довольно, что посмеялись над этим посланием, которое, однако ж, если бы получено было несколько прежде, могло бы встревожить Горлицына и его
дочь.
— Хотя Арина Васильевна и ее
дочери знали, на какое дело шли, но известие, что Парашенька обвенчана, чего они так скоро не ожидали, привело их в ужас: точно спала пелена с их глаз, точно то случилось, о чем они и не думали, и они почувствовали, что ни мнимая смертельная болезнь родной бабушки, ни письмо ее — не защита им от справедливого гнева Степана Михайловича.
— Ирена! Вы должны именно так называться — это имя изящно и нежно. Действительно, моя дочь мне не раз говорила об одной из своих пансионских подруг… Это и есть вы!.. Мы непременно должны были встретиться в один прекрасный день. Между нами как будто уже существует что-то общее. Я знаком с вашей матерью, моя
дочь знает вас.
Неточные совпадения
— Вы не
знаете еще моей
дочери? — сказала губернаторша, — институтка, только что выпущена.
На старшую
дочь Александру Степановну он не мог во всем положиться, да и был прав, потому что Александра Степановна скоро убежала с штабс-ротмистром, бог весть какого кавалерийского полка, и обвенчалась с ним где-то наскоро в деревенской церкви,
зная, что отец не любит офицеров по странному предубеждению, будто бы все военные картежники и мотишки.
Наконец, он пронюхал его домашнюю, семейственную жизнь,
узнал, что у него была зрелая
дочь, с лицом, тоже похожим на то, как будто бы на нем происходила по ночам молотьба гороху.
— От княгини Лиговской;
дочь ее больна — расслабление нервов… Да не в этом дело, а вот что: начальство догадывается, и хотя ничего нельзя доказать положительно, однако я вам советую быть осторожнее. Княгиня мне говорила нынче, что она
знает, что вы стрелялись за ее
дочь. Ей все этот старичок рассказал… как бишь его? Он был свидетелем вашей стычки с Грушницким в ресторации. Я пришел вас предупредить. Прощайте. Может быть, мы больше не увидимся, вас ушлют куда-нибудь.
— Благородный молодой человек! — сказал он, с слезами на глазах. — Я все слышал. Экой мерзавец! неблагодарный!.. Принимай их после этого в порядочный дом! Слава Богу, у меня нет
дочерей! Но вас наградит та, для которой вы рискуете жизнью. Будьте уверены в моей скромности до поры до времени, — продолжал он. — Я сам был молод и служил в военной службе:
знаю, что в эти дела не должно вмешиваться. Прощайте.