Неточные совпадения
— Сжальтесь надо мной! — заговорила она, — не покидайте меня; что я теперь без вас буду
делать? я не вынесу разлуки. Я умру! Подумайте: женщины любят иначе, нежели мужчины: нежнее,
сильнее. Для них любовь — все, особенно для меня: другие кокетничают, любят свет, шум, суету; я не привыкла к этому, у меня другой характер. Я люблю тишину, уединение, книги, музыку, но вас
более всего на свете…
Дама сердца у губернатора очень любила всякие удовольствия, и по преимуществу любила она составлять благородные спектакли — не для того, чтобы играть что-нибудь на этих спектаклях или этак, как любили другие дамы, поболтать на репетициях о чем-нибудь, совсем не касающемся театра, но она любила только наряжаться для театра в костюмы театральные и, может быть,
делала это даже не без цели, потому что в разнообразных костюмах она как будто бы еще
сильней производила впечатление на своего сурового обожателя: он смотрел на нее, как-то
более обыкновенного выпуча глаза, через очки, негромко хохотал и слегка подрягивал ногами.
К чести Калисфении Николаевны надо заметить, что она
сделала жест омерзения, читая эти строки, и они еще
более ослабили и вообще не
сильное впечатление, которое произвела на дочь судьба матери.
Слово святого костела и тайна конфессионала
сделали, с помощию Бога, то, что те лица и даже целые семейства, которые, живя долгие годы в чуждой среде, оставили в небрежении свой язык и даже национальность, ныне вновь к ним вернулись с раскаянием в своем печальном заблуждении и тем
более с
сильным рвением на пользу святой веры и отчизны.
Высокий рост, необыкновенно соразмерная, гармоническая стройность; упругость и гибкость всех членов и
сильного стана; лицо, полное игры и жизни, с таким румянцем и таким цветом, который явно говорил, что в этом организме много сил, много крови и что организм этот создан не севером, а развился под
более благодатным солнцем: блестящие карие глаза под энергически очерченными бровями и совершенно пепельные, роскошные волосы — все это, в соединении с необыкновенно симпатичной улыбкой и чисто славянским типом лица,
делало эту женщину не то что красавицей, но лучше, поразительнее красавицы: оно отличало ее чем-то особым и говорило про фанатическую энергию характера, про физическую мощь и в то же время — сколь ни редко такое сочетание — про тонкую и старую аристократическую породу.