Неточные совпадения
— Глупенький мо-ой! — воскликнула она смеющимся, веселым голосом. — Иди ко мне, моя радость! — и, преодолевая последнее, совсем незначительное сопротивление, она прижала его
рот к своему и
поцеловала крепко и горячо,
поцеловала искренне, может быть, в первый и последний раз в своей жизни.
Он уже хотел перейти к теории любовных чувств, но, к сожалению, от нетерпения поспешил немного: он обнял Любку, притянул к себе и начал ее грубо тискать. «Она опьянеет от ласки. Отдастся!» — думал расчетливый Симановский. Он добивался прикоснуться губами к ее
рту для
поцелуя, но она кричала и фыркала в него слюнями. Вся наигранная деликатность оставила ее.
Аркаша Шкарин заболел не опасной, но все-таки венерической болезнью, и он стал на
целых три месяца предметом поклонения всего старшего возраста (тогда еще не было
рот).
Майзель тревожно проворочался целую ночь и чем свет уехал из Баламутского завода к Рассыпному Камню, чтобы там встретить набоба во главе привезенной из Петербурга охоты и
целой роты собственных лесообъездчиков.
Неточные совпадения
— Вправду?
Целых сто двадцать? — воскликнул Чичиков и даже разинул несколько
рот от изумления.
— А я, брат, — говорил Ноздрев, — такая мерзость лезла всю ночь, что гнусно рассказывать, и во
рту после вчерашнего точно эскадрон переночевал. Представь: снилось, что меня высекли, ей-ей! и, вообрази, кто? Вот ни за что не угадаешь: штабс-ротмистр
Поцелуев вместе с Кувшинниковым.
Я знаю, старые кавказцы любят поговорить, порассказать; им так редко это удается: другой лет пять стоит где-нибудь в захолустье с
ротой, и
целые пять лет ему никто не скажет «здравствуйте» (потому что фельдфебель говорит «здравия желаю»).
Соня упала на ее труп, обхватила ее руками и так и замерла, прильнув головой к иссохшей груди покойницы. Полечка припала к ногам матери и
целовала их, плача навзрыд. Коля и Леня, еще не поняв, что случилось, но предчувствуя что-то очень страшное, схватили один другого обеими руками за плечики и, уставившись один в другого глазами, вдруг вместе, разом, раскрыли
рты и начали кричать. Оба еще были в костюмах: один в чалме, другая в ермолке с страусовым пером.
Толпа голодных рыцарей подставляла наподхват свои шапки, и какой-нибудь высокий шляхтич, высунувшийся из толпы своею головою, в полинялом красном кунтуше с почерневшими золотыми шнурками, хватал первый с помощию длинных рук,
целовал полученную добычу, прижимал ее к сердцу и потом клал в
рот.