Неточные совпадения
— Ах ты, боже мой! — И Лихонин досадливо и нервно почесал себе висок. — Борис же все время вел себя в высокой степени пошло, грубо и глупо. Что это за такая корпоративная честь, подумаешь? Коллективный уход из редакций, из политических
собраний, из
публичных домов. Мы не офицеры, чтобы прикрывать глупость каждого товарища.
Он избрал нарочно день торжественный, когда у него много людей было в собрании; избрал нарочно для слова своего
публичное собрание, надеяся, что тем разительнее убедит меня.
Родители ее, несмотря на скудость средств, вывозили ее по всевозможным
публичным собраниям и маскарадам, смутно предчувствуя, что она воспользуется этим…
Последнее житейское событие, обратившее на себя внимание Писарева, — было
публичное собрание Общества любителей русской словесности, в котором я должен был прочесть написанное Писаревым «Похвальное слово Капнисту».
Неточные совпадения
Одно время Религиозно-философские общества были довольно популярны,
публичные доклады и диспуты посещались очень хорошо, культурная элита охотно ходила на
собрания, это были умственные и духовные центры.
Сезон и тогда, в общем, носил такую же физиономию, как и в последнюю мою зиму 1864–1865 года: те же театры, те же маскарады в Большом, Купеческом и Благородном
собрании, только больше
публичных лекций, и то, что вносил с собою оживляющего Клуб художников, где я позднее прочел три лекции о"Реальном романе во Франции", которые явились в виде статьи у Некрасова.
Сначала Степану Трофимовичу повезло; за него ухватились и стали его выставлять на
публичных литературных
собраниях.
Орест Миллер не был крупным ученым и в истории науки имени своего не оставил. Наибольшею известностью пользовалась его книга «Русские писатели после Гоголя»,
собрание публичных лекций о новых писателях — Тургеневе, Льве Толстом, Достоевском, Гончарове и т. д., — статей журнально-критического типа. Он был страстным почитателем Достоевского, с большим наклоном к старому, чуждающемуся казенщины славянофильству. В то время ходила эпиграмма:
«Однажды один председатель, слывший в обществе остроумцем (я в то время служил уже симбирским помпадуром), сказал в одном
публичном месте: „Ежели бы я был помпадуром, то всегда ходил бы в колпаке!“ Узнав о сем через преданных людей и улучив удобную минуту, я, в свою очередь, при многолюдном
собрании, сказал неосторожному остроумцу (весьма, впрочем, заботившемуся о соблюдении казенного интереса): „Ежели бы я был колпаком, то, наверное, вмещал бы в себе голову председателя!“ Он тотчас же понял, в кого направлена стрела, и закусил язык.