Неточные совпадения
И она — о, ужас! — отвернулась от
юноши и положила
руку на плечо жирафа.
Александров справился с ним одним разом. Уж не такая большая тяжесть для семнадцатилетнего
юноши три пуда. Он взял Друга обеими
руками под живот, поднял и вместе с Другом вошел в воду по грудь. Сенбернар точно этого только и дожидался. Почувствовав и уверившись, что жидкая вода отлично держит его косматое тело, он очень быстро освоился с плаванием и полюбил его.
Но сильна, о могучая, вечная власть первой любви! О, незабываемая сладость милого имени!
Рука бывшей, но еще не умершей любви двигала пером
юноши, и он в инициалах, точно лунатик, бессознательно поставил вместо буквы «О» букву «Ю». Так и было оттиснуто в типографии.
— Я тебя не понимаю, Люба, — разве это педагогично давать детям или, скажем,
юношам деньги на
руки?
С левой
руки юноши идет девушка, щелкая по камню деревянными башмаками, закинув, точно слепая, голову в небо, — там горит большая вечерняя звезда, а ниже ее — красноватая полоса зари, и два тополя врезались в красное, как незажженные факелы.
Что-то грозное пробежало по лицам, закраснелось в буйном пламени костра, взметнулось к небу в вечно восходящем потоке искр. Крепче сжали оружие холодные
руки юноши, и вспомнилось на мгновение, как ночью раскрывал он сорочку, обнажал молодую грудь под выстрелы. — Да, да! — закричала душа, в смерти утверждая жизнь. Но ахнул Петруша высоким голосом, и смирился мощный бас Колесникова, и смирился гнев, и чистая жалоба, великая печаль вновь раскрыла даль и ширь.
Неточные совпадения
На грудь кладет тихонько
руку // И падает. Туманный взор // Изображает смерть, не муку. // Так медленно по скату гор, // На солнце искрами блистая, // Спадает глыба снеговая. // Мгновенным холодом облит, // Онегин к
юноше спешит, // Глядит, зовет его… напрасно: // Его уж нет. Младой певец // Нашел безвременный конец! // Дохнула буря, цвет прекрасный // Увял на утренней заре, // Потух огонь на алтаре!..
Между тем пригорок скрыл отъехавших
юношей от взоров наших; пришед в себя, старец стал на колени и возвел
руки и взоры на небо.
— Вы, разумеется, знаете, что Локтев —
юноша очень способный и душа — на редкость чистая. Но жажда знания завлекла его в кружок гимназистов и гимназисток — из богатых семей; они там, прикрываясь изучением текущей литературы… тоже литература, я вам скажу! — почти вскрикнул он, брезгливо сморщив лицо. — На самом деле это — болваны и дурехи с преждевременно развитым половым любопытством, — они там… — Самойлов быстро покрутил
рукою над своей головой. — Вообще там обнажаются, касаются и… черт их знает что!
На семнадцатом году своей жизни Клим Самгин был стройным
юношей среднего роста, он передвигался по земле неспешной, солидной походкой, говорил не много, стараясь выражать свои мысли точно и просто, подчеркивая слова умеренными жестами очень белых
рук с длинными кистями и тонкими пальцами музыканта.
Катин встретил Самгина почтительно, как отца, и восторженно, точно
юноша. Улыбаясь, кланяясь, он тряс обеими
руками темную
руку и торопливо говорил: