Неточные совпадения
Вечерние занятия в шестой роте приходили к концу, и младшие
офицеры все
чаще и нетерпеливее посматривали на часы.
Между ними ходили разводящие и ставили часовых; производилась смена караулов; унтер-офицеры проверяли посты и испытывали познания своих солдат, стараясь то хитростью выманить у часового его винтовку, то заставить его сойти с места, то всучить ему на сохранение какую-нибудь вещь, большею
частью собственную фуражку.
— Я сказал! — передразнила его жена и тоже, как и он, ударила маленькой смуглой ладонью по колену. — А ты вот лучше скажи-ка мне, каким условиям должен удовлетворять боевой порядок
части? Вы знаете, — бойко и лукаво засмеялась она глазами Ромашову, — я ведь лучше его тактику знаю. Ну-ка, ты, Володя,
офицер генерального штаба, — каким условиям?
Но особенно он бывал жесток и утеснителен в тех случаях, когда младший
офицер опаздывал в роту, и это
чаще всего испытывал на себе Ромашов.
Вся рота была по
частям разбросана по плацу. Делали повзводно утреннюю гимнастику. Солдаты стояли шеренгами, на шаг расстояния друг от друга, с расстегнутыми, для облегчения движений, мундирами. Расторопный унтер-офицер Бобылев из полуроты Ромашова, почтительно косясь на подходящего
офицера, командовал зычным голосом, вытягивая вперед нижнюю челюсть и делая косые глаза...
В шесть часов явились к ротам
офицеры. Общий сбор полка был назначен в десять часов, но ни одному ротному командиру, за исключением Стельковского, не пришла в голову мысль дать людям выспаться и отдохнуть перед смотром. Наоборот, в это утро особенно ревностно и суетливо вбивали им в голову словесность и наставления к стрельбе, особенно густо висела в воздухе скверная ругань и
чаще обыкновенного сыпались толчки и зуботычины.
Пока подходили задние
части, людям позволили стоять вольно, а
офицеры сошли с своих мест, чтобы размяться и покурить из рукава.
Он стал уединяться от общества
офицеров, обедал большею
частью дома, совсем не ходил на танцевальные вечера в собрание и перестал пить.
Разговоры, конечно, поднялись по поводу внезапного ухода из Амое, и большая
часть офицеров, рассчитывавшая на спокойные ночные якорные вахты, была недовольна и не отказала себе в удовольствии побранить адмирала.
После минуты общего молчания, в котором чувствовалось сильное впечатление, произведенное на большую
часть офицеров этой речью, капитан неожиданно прибавил:
Они заспорили, и Ашанин убедился, что этот молодой, блестящий офицер смотрит на темные расы с ненавистью и презрением, не допускающими никаких сомнений. Но, разумеется, Ашанин не обобщил этого факта, тем более, что впоследствии имел случай убедиться, что среди французских офицеров есть совсем другие люди. Вообще же большая
часть офицеров, с которыми он встречался, не произвела на него хорошего впечатления, а система жестокости, проявляемая ими относительно возмутившихся, просто поражала его впоследствии.
Неточные совпадения
Луиза Ивановна с уторопленною любезностью пустилась приседать на все стороны и, приседая, допятилась до дверей; но в дверях наскочила задом на одного видного
офицера с открытым свежим лицом и с превосходными густейшими белокурыми бакенами. Это был сам Никодим Фомич, квартальный надзиратель. Луиза Ивановна поспешила присесть чуть не до полу и
частыми мелкими шагами, подпрыгивая, полетела из конторы.
Если случится много проезжих, например возвращающихся с наших транспортов
офицеров, которые пришли морем из России, лошади не выносят
частой езды.
Несколько часов продолжалось это возмущение воды при безветрии и наконец стихло. По осмотре фрегата он оказался весь избит. Трюм был наполнен водой, подмочившей провизию, амуницию и все частное добро
офицеров и матросов. А главное, не было более руля, который, оторвавшись вместе с
частью фальшкиля, проплыл, в числе прочих обломков, мимо фрегата — «продолжать берег», по выражению адмирала.
А вот — аристократы. Они жили
частью в доме Орлова,
частью в доме Бунина. Среди них имелись и чиновники, и выгнанные со службы
офицеры, и попы-расстриги.
Стены этих трактиров видали и крупных литераторов, прибегавших к «издателям с Никольской» в минуту карманной невзгоды. Большей
частью сочинители были из выгнанных со службы чиновников,
офицеров, неокончивших студентов, семинаристов, сынов литературной богемы, отвергнутых корифеями и дельцами тогдашнего литературного мира.