Дни потянулись медленнее, хотя каждый из них, как раньше, приносил с собой невероятные слухи,
фантастические рассказы. Но люди, очевидно, уже привыкли к тревогам и шуму разрушающейся жизни, так же, как привыкли галки и вороны с утра до вечера летать над городом. Самгин смотрел на них в окно и чувствовал, что его усталость растет, становится тяжелей, погружает в состояние невменяемости. Он уже наблюдал не так внимательно, и все, что люди делали, говорили, отражалось в нем, как на поверхности зеркала.
«Ведь не сочинено же это все праздными людьми… Ведь что-нибудь, вероятно, да было… Нет дыму без огня, нет такого
фантастического рассказа, в основе которого не лежала бы хоть частичка правды». Сладкие надежды наполняли сердце графа. Он потянулся с какой-то давно им не ощущаемой истомой и вскоре сладко заснул. Граф не ошибся в своем верном слуге.
Князь Голицын не того ожидал. Пленница обещала ему открыть всю истину, обязывая даже хранить в тайне, что он от нее узнает, и вдруг он получает какой-то
фантастический рассказ о том, что она черкешенка, хотевшая основать химерическое государство на Тереке.
Неточные совпадения
Не прошло и четверти века с того времени, к которому относится наш правдивый
рассказ, а между тем жизнь Петербурга начала семидесятых годов сравнительно с настоящей представляется почти
фантастической.
Пока я фантазировал на все лады, Александр Николаевич не спускал с меня глаз, и, когда я кончил
фантастическое повествование, он взял с меня слово непременно написать этот
рассказ.
Прежде всего мы обратились к Очищенному. Это был своего рода Одиссей, которого жизнь представляла такое разнообразное сцепление реального с
фантастическим, что можно было целый месяц прожить в захолустье, слушая его
рассказы, и не переслушать всего. Почтенный старичок охотно согласился на нашу просьбу и действительно рассказал сказку столь несомненно
фантастического характера, что я решался передать ее здесь дословно, ничего не прибавляя и не убавляя. Вот она.
Чем-то
фантастическим отдавало от этих
рассказов, а мы все-таки слушали и наматывали себе на ус.
Любопытство мое было разожжено. Начитавшись средневековых
рассказов, которыми изобиловали шкафы моего отца, я жаждала постоянно чего-то
фантастического, чудесного. Теперь же благодаря таинственному огоньку мой по-детски пытливый ум нашел себе пищу.