— Мы ведь всё вместе, — пояснила Шурочка. — Я бы хоть сейчас выдержала экзамен. Самое главное, — она ударила по воздуху вязальным крючком, — самое главное — система. Наша система — это мое изобретение, моя гордость. Ежедневно мы проходим кусок из математики, кусок из
военных наук — вот артиллерия мне, правда, не дается: все какие-то противные формулы, особенно в баллистике, — потом кусочек из уставов. Затем через день оба языка и через день география с историей.
— Вся эта военная доблесть, и дисциплина, и чинопочитание, и честь мундира, и вся
военная наука, — вся зиждется только на том, что человечество не хочет, или не имеет, или не смеет сказать „не хочу!“.
В нем, в нисходящем порядке, были оттиснуты все имена выпускных юнкеров, от фельдфебелей и портупей-юнкеров до простых рядовых, с приложением их средних баллов по
военной науке.
Неточные совпадения
— То есть — как это отходят? Куда отходят? — очень удивился собеседник. — Разве
наукой вооружаются не для политики? Я знаю, что некоторая часть студенчества стонет: не мешайте учиться! Но это — недоразумение. Университет, в лице его цивильных кафедр, —
военная школа, где преподается
наука командования пехотными массами. И, разумеется, всякая другая
военная мудрость.
— Как не готовили? Учили верхом ездить для
военной службы, дали хороший почерк для гражданской. А в университете: и права, и греческую, и латинскую мудрость, и государственные
науки, чего не было? А все прахом пошло. Ну-с, продолжайте, что же я такое?
Спрашиваю, кто сидит посреди — говорят мне: профессор финансового права; а вот тот рядом — Иван Ефимович Андреевский, профессор полицейского права и государственных законов; а вон тот бодрый старичок с
военным видом — Ивановский, у которого тоже приходилось сдавать целых две
науки разом: международное право и конституционное, которое тогда уже называлось"государственное право европейских держав".
А тут еще постоянные нелады с точной
наукой, которая называется
военной фортификацией.
Правила
науки обязывают докторов скрывать от вас правду, но я по-военному режу правду-матку: вы нездоровы!