О том помышляла хозяйка, чтобы как-нибудь поскорей спровадить незваную гостью, но нельзя же
было не попросить ее садиться. Так не водится. Опять же и того опасалась Пелагея Филиппьевна, что не пригласи она присесть первую по всему околотку вестовщицу, так она таких сплетен про нее назвонит, что хуже нельзя и придумать.
«Это вещь, — обыкновенно говорил он, — уж нет ничего лучше этой вещи:
есть не просит, места займет немного, в кармане всегда поместится, уронишь — не расшибется».
— Что ж, Михайлыч, хотя в действии не были, а ждать привыкли. Все сдается, будто так только проходишь. Вничью сыграешь. А ежели и попадешь в действие — запас
есть не просит. Ну, как не убьют? Закусить-то и есть чем.
Неточные совпадения
«Зачем вечор так рано скрылись?» — //
Был первый Оленькин вопрос. // Все чувства в Ленском помутились, // И молча он повесил нос. // Исчезла ревность и досада // Пред этой ясностию взгляда, // Пред этой нежной простотой, // Пред этой резвою душой!.. // Он смотрит в сладком умиленье; // Он видит: он еще любим; // Уж он, раскаяньем томим, // Готов
просить у ней прощенье, // Трепещет,
не находит слов, // Он счастлив, он почти здоров…
Во дни веселий и желаний // Я
был от балов без ума: // Верней нет места для признаний // И для вручения письма. // О вы, почтенные супруги! // Вам предложу свои услуги; //
Прошу мою заметить речь: // Я вас хочу предостеречь. // Вы также, маменьки, построже // За дочерьми смотрите вслед: // Держите прямо свой лорнет! //
Не то…
не то, избави Боже! // Я это потому пишу, // Что уж давно я
не грешу.
— Теперь тот самый, у которого в руках участь многих и которого никакие просьбы
не в силах
были умолить, тот самый бросается теперь к ногам вашим, вас всех
просит.
— Позвольте вам вместо того, чтобы заводить длинное дело, вы, верно,
не хорошо рассмотрели самое завещание: там, верно,
есть какая-нибудь приписочка. Вы возьмите его на время к себе. Хотя, конечно, подобных вещей на дом брать запрещено, но если хорошенько
попросить некоторых чиновников… Я с своей стороны употреблю мое участие.
— Видите ли что? — сказал Хлобуев. — Запрашивать с вас дорого
не буду, да и
не люблю: это
было бы с моей стороны и бессовестно. Я от вас
не скрою также и того, что в деревне моей из ста душ, числящихся по ревизии, и пятидесяти нет налицо: прочие или померли от эпидемической болезни, или отлучились беспаспортно, так что вы почитайте их как бы умершими. Поэтому-то я и
прошу с вас всего только тридцать тысяч.