Неточные совпадения
Мы все отшатнулись при виде открывшейся при этом
картины. Вся грудь убитого представляла одну зияющую рану, прорезанную и истыканную в разных направлениях. Невольный
ужас охватывал душу при виде этих следов исступленного зверства. Каждая рана была бы смертельна, но было очевидно, что большинство из них нанесены мертвому.
Если бы вы слышали, как она подробно рассказывала пережитые
картины ужаса и свой грех, в котором она и виновата не была, но который ее мучил!
Неточные совпадения
Робкий ум мальчика, родившегося среди материка и не видавшего никогда моря, цепенел перед
ужасами и бедами, которыми наполнен путь пловцов. Но с летами
ужасы изглаживались из памяти, и в воображении жили, и пережили молодость, только
картины тропических лесов, синего моря, золотого, радужного неба.
— Чуду промысла Божьего. Богу известно мое сердце, он видит все мое отчаяние. Он всю эту
картину видит. Неужели он попустит совершиться
ужасу? Алеша, я чуду верю, иди!
Его пронимала дрожь
ужаса и скорби. Он, против воли, группировал фигуры, давал положение тому, другому, себе добавлял, чего недоставало, исключал, что портило общий вид
картины. И в то же время сам ужасался процесса своей беспощадной фантазии, хватался рукой за сердце, чтоб унять боль, согреть леденеющую от
ужаса кровь, скрыть муку, которая готова была страшным воплем исторгнуться у него из груди при каждом ее болезненном стоне.
Как за последний якорь спасения, доктор хватался за святую науку, где его интересовала больше всего психиатрия, но здесь он буквально приходил в
ужас, потому что в самом себе находил яркую
картину всех ненормальных психических процессов. Наука являлась для него чем-то вроде обвинительного акта. Он бросил книги и спрятал их как можно дальше, как преступник избывает самых опасных свидетелей своего преступления.
Эта
картина вышла в воображении такой живой и яркой, что Ромашов, уже давно шагавший частыми, большими шагами и глубоко дышавший, вдруг задрожал и в
ужасе остановился на месте со сжатыми судорожно кулаками и бьющимся сердцем. Но тотчас же, слабо и виновато улыбнувшись самому себе в темноте, он съежился и продолжал путь.