Неточные совпадения
В монастыре обыкновенно смотрели старинную церковь и взбирались на
колокольню, откуда открывался далекий вид. В ясную погоду старались увидеть
белые пятнышки губернского города и излучины Днепра на горизонте.
Солнце склонилось на запад к горизонту, по низине легла длинная тень, на востоке лежала тяжелая туча, даль терялась в вечерней дымке, и только кое-где косые лучи выхватывали у синих теней то
белую стену мазаной хатки, то загоревшееся рубином оконце, то живую искорку на кресте дальней
колокольни.
Далеко впереди
белели колокольни и избы какой-то деревни; по случаю воскресного дня хохлы сидели дома, пекли и варили — это видно было по дыму, который шел изо всех труб и сизой, прозрачной пеленой висел над деревней.
Час спустя они шли уже, едва волоча свои утомленные ноги, по пыльной, горячей дороге. Впереди их, за полосой синевших рощ и садов,
белели колокольни и ратуша маленького венгерского городка. По левую руку пестрела красивая деревушка Гольдауген.
Вдали, окутанный синим туманом, глухо шумит город; под лучами заходящего солнца
белеют колокольни, блестят кресты церквей.
Неточные совпадения
— Ну, да хочешь я тебе сейчас выведу, — заревел он, — что у тебя
белые ресницы единственно оттого только, что в Иване Великом тридцать пять сажен [Сажень — мера длины, равная 2,134 м.
Колокольня Ивана Великого в Кремле высотой около 40 сажен, т. е. более 80 м.] высоты, и выведу ясно, точно, прогрессивно и даже с либеральным оттенком? Берусь! Ну, хочешь пари!
Чувствуя себя, как во сне, Самгин смотрел вдаль, где, среди голубоватых холмов снега, видны были черные бугорки изб, горел костер, освещая
белую стену церкви, красные пятна окон и раскачивая золотую луковицу
колокольни. На перроне станции толпилось десятка два пассажиров, окружая троих солдат с винтовками, тихонько спрашивая их:
Поутру на
белые степи гляжу, // Послышался звон
колокольный, // Тихонько в убогую церковь вхожу, // Смешалась с толпой богомольной. // Отслушав обедню, к попу подошла, // Молебен служить попросила… // Всё было спокойно — толпа не ушла… // Совсем меня горе сломило! // За что мы обижены столько, Христос? // За что поруганьем покрыты? // И реки давно накопившихся слез // Упали на жесткие плиты!
Это звонили на моленье, и звонили в последний раз; Вихрову при этой мысли сделалось как-то невольно стыдно; он вышел и увидел, что со всех сторон села идут мужики в черных кафтанах и черных поярковых шляпах, а женщины тоже в каких-то черных кафтанчиках с сборками назади и все почти повязанные черными платками с
белыми каймами; моленная оказалась вроде деревянных церквей, какие прежде строились в селах, и только
колокольни не было, а вместо ее стояла на крыше на четырех столбах вышка с одним колоколом, в который и звонили теперь; крыша была деревянная, но дерево на ней было вырезано в виде черепицы; по карнизу тоже шла деревянная резьба; окна были с железными решетками.
Белая церковь выступила вперед своей
колокольней, точно сбираясь сойти с пригорка и что-то возвестить.