В темной аллее ее лица совсем не было видно… Я вспоминал свое первое впечатление:
холодный взгляд, повелительный и пытливый, выражение лица неприятное, властное и сухое… Потом мелькнуло другое выражение: женственное и трогательное, потом все спуталось в общем безличном обаянии женской близости, — близости любви и драмы… Я уже не различал, моя эта драма или чужая… Мне начало казаться, что со мной идет другая, та, что на Волге…
Неточные совпадения
В этом
взгляде было что-то
холодное, сдержанное и как будто повелительное…
Оба они повернулись ко мне, и опять от ее
холодного пытливого
взгляда мне стало неловко.
— Нет… Впрочем, да! Один
холодный и властный. Это правда. А другой? Глубокий, женственный, просящий. Чорт возьми! Понимаете ли вы, Потапов, что за такой
взгляд можно отдать жизнь… Или вы и этого еще не понимаете?.. Ха-ха-ха…
— Немец уже взялся было за карман, где у него был карандаш в книжечке, в которой он всё вычислял, но, вспомнив, что он сидит за обедом и заметив
холодный взгляд Вронского, воздержался.
Другим случалось попадать в несчастную пору, когда у него на лице выступали желтые пятна, губы кривились от нервной дрожи, и он тупым,
холодным взглядом и резкой речью платил за ласку, за симпатию. Те отходили от него, унося горечь и вражду, иногда навсегда.
— Hain?.. Что такой — е? Что надо? — спросил он и, опять окатив нас
холодным взглядом, новый учитель проследовал дальше по коридору, не оборачиваясь и размахивая классным журналом.
— Друг о друге, а бог обо всех, — произнес Алексей Сергеевич и, не заметив брошенного на него женою
холодного взгляда, продолжал спокойно кушать.
Неточные совпадения
«Онегин, я тогда моложе, // Я лучше, кажется, была, // И я любила вас; и что же? // Что в сердце вашем я нашла? // Какой ответ? одну суровость. // Не правда ль? Вам была не новость // Смиренной девочки любовь? // И нынче — Боже! — стынет кровь, // Как только вспомню
взгляд холодный // И эту проповедь… Но вас // Я не виню: в тот страшный час // Вы поступили благородно, // Вы были правы предо мной. // Я благодарна всей душой…
То не было отражение жара душевного или играющего воображения: то был блеск, подобный блеску гладкой стали, ослепительный, но
холодный;
взгляд его — непродолжительный, но проницательный и тяжелый, оставлял по себе неприятное впечатление нескромного вопроса и мог бы казаться дерзким, если б не был столь равнодушно спокоен.
Если Ольге приходилось иногда раздумываться над Обломовым, над своей любовью к нему, если от этой любви оставалось праздное время и праздное место в сердце, если вопросы ее не все находили полный и всегда готовый ответ в его голове и воля его молчала на призыв ее воли, и на ее бодрость и трепетанье жизни он отвечал только неподвижно-страстным
взглядом, — она впадала в тягостную задумчивость: что-то
холодное, как змея, вползало в сердце, отрезвляло ее от мечты, и теплый, сказочный мир любви превращался в какой-то осенний день, когда все предметы кажутся в сером цвете.
Обломов мучился тем, что он испугал, оскорбил ее, и ждал молниеносных
взглядов,
холодной строгости и дрожал, завидя ее, сворачивал в сторону.
Он спросил ужинать и стал рассказывать ей подробности бегов; но в тоне, во
взглядах его, всё более и более делавшихся
холодными, она видела, что он не простил ей ее победу, что то чувство упрямства, с которым она боролась, опять устанавливалось в нем.