Мы оглядывались с удивлением: пашни, хотя и нечастые, составляют, однако, обычное явление в этих недальних улусах, но огородов якуты совсем еще не знают.
— С нами, мол, крестная сила. Где же пашня моя? Заблудился, что ли? Так нет: место знакомое и прикол стоит… А пашни моей нет, и на взлобочке трава оказывается зеленая… Не иначе, думаю, колдовство. Нашаманили, проклятая порода. Потому — шаманы у них, сам знаешь, язвительные живут, сила у дьяволов большая. Навешает сбрую свою, огонь в юрте погасит, как вдарит в бубен, пойдет бесноваться да кликать, тут к нему нечисть эта из-за лесу и слетается.
Может быть, теперь никто, даже родная дочь, не вспоминает о нем в родной деревне, где такие же Тимохи в эту самую минуту тоже ходят за своими сохами на своих пашнях.
— Ухорез, что и говорить. За удальство и сюда-те попал. С каторги выбежал, шестеро бурят напали — сам-друг от них отбился, вот он какой. Воин. Пашня ли ему, братец, на уме? Ему бы с Абрашкой с Ахметзяновым стакаться — они бы делов наделали, нашумели бы до моря, до кияну… Или бы на прииска… На приисках, говорит, я в один день человеком стану, все ваше добро продам и выкуплю… И верно, — давно бы ему на приисках либо в остроге быть, кабы не Марья.
— В силу солнушка дождался, — продолжал Тимофей. — Ну, ободняло, выкатилось солнушко, встал я, помолился, лошадь напоил в озере, запрег. Выезжаю из-за лесу, к пашенке… Что, мол, за притча: пашни-то, братцы, моей как не бывало.
И не стало жизни нам богатой, Редко в поле выходил оратай, Во́роны над пашнями кружились, На убитых с криками садились, Да слетались галки на беседу, Собираясь стаями к обеду…
Пошли в обход, но здесь наткнулись на болото, которого никто не подозревал. Посмотрел Бородавкин на геометрический план выгона — везде все пашня, да по мокрому месту покос, да кустарнику мелкого часть, да камню часть, а болота нет, да и полно.
На 1 га пашни внесено 12 кг минеральных удобрений, или в 9 раз меньше, чем в 1990 г., применение органических удобрений за этот период сократилось в 7 раз, фосфоритование и гипсование земли практически прекращено.
Там сейчас людей по 28 человек на 1,5 тысячи гектаров пашни.
На 1 га пашни внесено 12 кг минеральных удобрений, или в 9 раз меньше, чем в 1990 г., применение органических удобрений за этот период сократилось в 7 раз, фосфоритование и гипсование земли практически прекращено.
Но ноги увязают в земле, бежать всё тяжелее, луг переходит в свежую пашню, чернозём жирный и засасывает её, будто болото.