Коротенькие дивертисменты в конце уроков, когда Авдиев раскрывал принесенную с собой книгу и
прочитывал отрывок, сцену, стихотворение, — стали для нас потребностью.
Неточные совпадения
И он
прочел несколько
отрывков. Я тогда согласился, но в глубине сознания все-таки стояло какое-то различие: такие мотивы были...
Однажды Авдиев, чтобы заинтересовать нас Добролюбовым,
прочитал у себя в квартире
отрывки из его статей и, между прочим, «Размышления гимназиста».
Из гимназии ему пришлось уйти. Предполагалось, что он будет держать экстерном, но вместо подготовки к экзамену он поглощал книги, делал выписки, обдумывал планы каких-то работ. Иногда, за неимением лучшего слушателя, брат
прочитывал мне
отрывки ив своих компиляций, и я восхищался точностью и красотой его изложения. Но тут подвернулось новое увлечение.
Андреевский, поэт, из адвокатов, недавно
читал отрывки из своей «Книги о смерти» — целую книгу пишет, — подумай!
Доктор выходил из себя, бесился, тем больше, что другими средствами не мог взять, находил воззрения Ларисы Дмитриевны женскими капризами, ссылался на Шеллинговы чтения об академическом учении и
читал отрывки из Бурдаховой физиологии для доказательства, что в человеке есть начало вечное и духовное, а внутри природы спрятан какой-то личный Geist. [дух (нем.).]
Вольский
читал отрывки из Тургенева и на «бис» — монолог Чацкого, а публика продолжала аплодировать, хотя и видела, что артист устал. Прочел он наизусть «Тройку» Гоголя, что окончательно привело в восторг слушателей, аплодисментами не пускавших артиста со сцены. Чуть Вольский делал шаг назад, аплодисменты раздавались громче.
Неточные совпадения
Меж ими всё рождало споры // И к размышлению влекло: // Племен минувших договоры, // Плоды наук, добро и зло, // И предрассудки вековые, // И гроба тайны роковые, // Судьба и жизнь в свою чреду, — // Всё подвергалось их суду. // Поэт в жару своих суждений //
Читал, забывшись, между тем //
Отрывки северных поэм, // И снисходительный Евгений, // Хоть их не много понимал, // Прилежно юноше внимал.
Впрочем, Библии он и на других языках не
читал, он знал понаслышке и по
отрывкам, о чем идет речь вообще в Св. писании, и дальше не полюбопытствовал заглянуть.
Несколько часов сряду он как будто бредил тем, что
прочитал, припоминал поминутно
отрывки, останавливался на них, вдумывался в них.
Читали французскую л немецкую литературу на этих языках и заставляли много учить классических
отрывков.
Но и в этой сфере он был для меня интересен. Только что перед тем он брал командировку в Париж по поручению министра двора для изучения парижского театрального дела. Он охотно
читал мне
отрывки из своей обширной докладной записки, из которой я сразу ознакомился со многим, что мне было полезно и тогда, когда я в Париже в 1867–1870 годах изучал и общее театральное дело, и преподавание сценического искусства.