Как бы то ни было, теперь он служил архивариусом, получал восемь рублей в месяц, ходит в засаленном костюме, вид имел не то высокомерный, не то унылый и в общем — сильно потертый.
Получал он всего — навсего три рубля, несколько зашибал и имел наклонность к щегольству: носил грязные крахмальные манишки, а курчавые пепельные волосы густо смазывал помадой.
Тут был подсудок Кроль, серьезный немец с рыжеватыми баками, по странной случайности женатый на русской поповне; был толстый городничий Дембский, последний представитель этого звания, так как вскоре должность «городничих» была упразднена; доктор Погоновский, добродушный человек с пробритым подбородком и длинными баками (тогда это было распространенное украшение докторских лиц), пан Богацкий, «секретарь опеки», получавший восемнадцать рублей в месяц и державший дом на широкую ногу…
За тридцать с лишком лет службы вдова судьи, известного своей исключительной честностью в те темные времена, получила что-то около двенадцати рублей вдовьей пенсии.
Вместе с детьми это составляло около семнадцати рублей в месяц, и это благодаря усиленным стараниям двух — трех добрых людей, которые чтили память отца и помогали матери советом…
Корреспонденция летела за корреспонденцией, и хотя печатались не все, но некоторые все же печатались, а однажды почталион принес повестку на 18 рублей 70 коп.
В моём детстве не было банкоматов и банковских карт, а сейчас не каждый ребёнок видит наличные деньги в глаза, принят закон о цифровом рубле, и каждый второй школьник что-то знает о криптовалюте.
Любому здравомыслящему человеку должно быть ясно, что те, кто действительно обладают знаниями и навыками по рубле бабла, просто так делиться ими не будут.
Там, за высокими дубовыми дверьми – кабинет человека, который сам когда-то – простым офицером, мелким дворянином – мечтал о лишнем галуне, о лишнем рубле, а теперь для него всё на свете… этот дворец, даже вся столица, даже иные пределы и иные враги этой империи – трын-трава.
В моём детстве не было банкоматов и банковских карт, а сейчас не каждый ребёнок видит наличные деньги в глаза, принят закон о цифровом рубле, и каждый второй школьник что-то знает о криптовалюте.
Любому здравомыслящему человеку должно быть ясно, что те, кто действительно обладают знаниями и навыками по рубле бабла, просто так делиться ими не будут.
Там, за высокими дубовыми дверьми – кабинет человека, который сам когда-то – простым офицером, мелким дворянином – мечтал о лишнем галуне, о лишнем рубле, а теперь для него всё на свете… этот дворец, даже вся столица, даже иные пределы и иные враги этой империи – трын-трава.