— Малый не лишен проницательности, — продолжал опять Тыбурций по-прежнему, — жаль только, что он не видел капеллана; у капеллана брюхо, как настоящая сороковая бочка, и, стало быть, объедение ему очень вредно. Между тем мы все, здесь находящиеся, страдаем скорее излишнею худобой,
а потому некоторое количество провизии не можем считать для себя лишним… Так ли я говорю, domine?
Неточные совпадения
— Город из-за них еще не провалился, — так говорит Тыбурций, —
потому что они еще за бедных людей заступаются…
А твой отец, знаешь… он засудил даже одного графа…
— Почему? — переспросил Валек, несколько озадаченный… —
Потому что граф — не простой человек… Граф делает, что хочет, и ездит в карете, и потом… у графа деньги; он дал бы другому судье денег, и тот бы его не засудил,
а засудил бы бедного.
И за это я и все еще больше уважаем твоего отца,
потому что он верный слуга своего господина,
а такие люди редки.
На Руси же общества низшие очень любят поговорить о сплетнях, бывающих в обществах высших,
а потому начали обо всем этом говорить в таких домишках, где даже в глаза не видывали и не знали Чичикова, пошли прибавления и еще большие пояснения.
Я говорю только о себе — не из эгоизма,
а потому, что, когда я буду лежать на дне этой пропасти, вы всё будете, как чистый ангел, летать высоко, и не знаю, захотите ли бросить в нее взгляд.
Неточные совпадения
— Мне совестно наложить на вас такую неприятную комиссию,
потому что одно изъяснение с таким человеком для меня уже неприятная комиссия. Надобно вам сказать, что он из простых, мелкопоместных дворян нашей губернии, выслужился в Петербурге, вышел кое-как в люди, женившись там на чьей-то побочной дочери, и заважничал. Задает здесь тоны. Да у нас в губернии, слава богу, народ живет не глупый: мода нам не указ,
а Петербург — не церковь.
Между тем псы заливались всеми возможными голосами: один, забросивши вверх голову, выводил так протяжно и с таким старанием, как будто за это получал бог знает какое жалованье; другой отхватывал наскоро, как пономарь; промеж них звенел, как почтовый звонок, неугомонный дискант, вероятно молодого щенка, и все это, наконец, повершал бас, может быть, старик, наделенный дюжею собачьей натурой,
потому что хрипел, как хрипит певческий контрабас, когда концерт в полном разливе: тенора поднимаются на цыпочки от сильного желания вывести высокую ноту, и все, что ни есть, порывается кверху, закидывая голову,
а он один, засунувши небритый подбородок в галстук, присев и опустившись почти до земли, пропускает оттуда свою ноту, от которой трясутся и дребезжат стекла.
— Не сорвал
потому, что загнул утку не вовремя.
А ты думаешь, майор твой хорошо играет?
Следовало бы тоже принять во внимание и прежнюю жизнь человека,
потому что, если не рассмотришь все хладнокровно,
а накричишь с первого раза, — запугаешь только его, да и признанья настоящего не добьешься:
а как с участием его расспросишь, как брат брата, — сам все выскажет и даже не просит о смягчении, и ожесточенья ни против кого нет,
потому что ясно видит, что не я его наказываю,
а закон.
Потому что пора наконец дать отдых бедному добродетельному человеку,
потому что праздно вращается на устах слово «добродетельный человек»;
потому что обратили в лошадь добродетельного человека, и нет писателя, который бы не ездил на нем, понукая и кнутом, и всем чем ни попало;
потому что изморили добродетельного человека до того, что теперь нет на нем и тени добродетели,
а остались только ребра да кожа вместо тела;
потому что лицемерно призывают добродетельного человека;
потому что не уважают добродетельного человека.