А в это время полицейский Джон объяснил судье Дикинсону, при каких обстоятельствах обнаружились намерения незнакомца. Он рассказал, что, когда он подошел к нему, тот взял его руку вот так (Джон
взял руку, судьи), потом наклонился вот этак…
Неточные совпадения
Потом немец вынул монету, которую ему Дыма сунул в
руку, и показывает лозищанам. Видно, что у этого человека все-таки была совесть; не захотел напрасно денег
взять, щелкнул себя пальцем по галстуку и говорит: «Шнапс», а сам
рукой на кабачок показал. «Шнапс», это на всех языках понятно, что значит. Дыма посмотрел на Матвея, Матвей посмотрел на Дыму и говорит...
Джон усмехнулся, но не торопился отдавать Анне багаж. Матвей
взял Дыму за
руку и сказал...
И когда они выходили, — ирландец, надев свой котелок и
взяв в
руки тросточку, а Дыма в своей свитке и бараньей шапке, — то Матвею показались они оба какими-то странными, точно он их видел во сне.
Теперь подумайте сами: если можно брать меч, чтобы убивать людей в субботу, то отчего не
взять в
руки станок, чтобы вам не помирать с голоду в чужой стороне?» А! Я же вам говорю: это очень умный человек, этот Мозес.
Борк
взял свою бороду обеими
руками, посмотрел на Матвея долгим взглядом и сказал...
Его нельзя было узнать: всегда кроткие глаза его теперь глядели дико, волосы торчали дыбом, зубы скрипели, и он озирался, что бы ему
взять в
руку.
— А! Что делать! Если бы можно, надел бы я котомку на плечи,
взял бы в
руки палку, и пошли бы мы с тобой назад, в свою сторону, хотя бы Христовым именем… Лучше бы я стал стучаться в окна на своей стороне, лучше стал бы водить слепых, лучше издох бы где-нибудь на своей дороге… На дороге или в поле… на своей стороне… Но теперь этого нельзя, потому что…
«А! Подойду к первому,
возьму косу из
рук, взмахну раз-другой, так тут уже и без языка поймут, с каким человеком имеют дело… Да и народ, работающий около земли, должен быть проще, а паспорта, наверное, не спросят в деревне. Только когда, наконец, кончится этот проклятый город?..»
Он
взял из ее
рук письмо и добросовестно перевел слово в слово.
Корзина с провизией склонилась в
руках ослабевшего человека, сидевшего в углу вагона, и груши из нее посыпались на пол. Ближайший сосед поднял их, тихо
взял корзину из
рук спящего и поставил ее рядом с ним. Потом вошел кондуктор, не будя Матвея, вынул билет из-за ленты его шляпы и на место билета положил туда же белую картонную марку с номером. Огромный человек крепко спал, сидя, и на лице его бродила печальная судорога, а порой губы сводило, точно от испуга…
Матвею была знакома эта работа — и ему хотелось бы выскочить из вагона,
взять в
руки топор или кирку и показать этим людям, что он, Матвей Лозинский, может сделать с самым здоровым пнищем.
— Il ne fallait pas danser, si vous ne savez pas! [Не нужно было танцевать, если не умеешь! (фр.)] — сказал сердитый голос папа над моим ухом, и, слегка оттолкнув меня, он
взял руку моей дамы, прошел с ней тур по-старинному, при громком одобрении зрителей, и привел ее на место. Мазурка тотчас же кончилась.
— Да-с, на пароходе, — снова подтвердил Радеев и вздохнул. Затем он встал,
взял руку Спивак, сжал одной своей рукою и, поглаживая другой, утешительно проговорил: — Так, значит, будем хлопотать о поруках, так? Ну, будьте здоровы!
Неточные совпадения
— Вот щенок! — сказал Ноздрев,
взявши его за спинку и приподнявши
рукою. Щенок испустил довольно жалобный вой.
— Андрей Иванович, помилуйте! — сказал он,
взявши его за обе
руки. — Какое ж оскорбление? что ж тут оскорбительного в слове ты?
Экой я дурак в самом деле!» Сказавши это, он переменил свой шотландский костюм на европейский, стянул покрепче пряжкой свой полный живот, вспрыснул себя одеколоном,
взял в
руки теплый картуз и бумаги под мышку и отправился в гражданскую палату совершать купчую.
— Слышишь, Фетинья! — сказала хозяйка, обратясь к женщине, выходившей на крыльцо со свечою, которая успела уже притащить перину и, взбивши ее с обоих боков
руками, напустила целый потоп перьев по всей комнате. — Ты
возьми ихний-то кафтан вместе с исподним и прежде просуши их перед огнем, как делывали покойнику барину, а после перетри и выколоти хорошенько.
Попов, дворовый человек, должен быть грамотей: ножа, я чай, не
взял в
руки, а проворовался благородным образом.