Неточные совпадения
Моя комната. Еще зеленое, застывшее утро. На двери шкафа осколок солнца. Я — в кровати. Сон. Но еще буйно бьется, вздрагивает, брызжет сердце, ноет в концах
пальцев, в коленях. Это — несомненно было. И я не знаю теперь: что сон — что явь; иррациональные величины прорастают сквозь все прочное, привычное, трехмерное, и вместо
твердых, шлифованных плоскостей — кругом что-то корявое, лохматое…
Не глядя я видел, как вздрагивают коричнево-розовые щеки, и они двигаются ко мне все ближе, и вот в моих руках — сухие,
твердые, даже слегка покалывающие
пальцы.
У меня в комнате, в 15.30. Я вошел — и увидел Ю. Она сидела за моим столом — костяная, прямая,
твердая, — утвердив на руке правую щеку. Должно быть, ждала уже давно: потому что когда вскочила навстречу мне — на щеке у ней так и остались пять ямок от
пальцев.
Он свесил голову низко на грудь и набок, точно удавленник. Перебирает в руке повод, его холодные и
твёрдые пальцы касаются моей руки — вздрагиваю я от этого, и нестерпимо тошно мне.
Неточные совпадения
За этим первым звуком последовал другой, более
твердый и протяжный, но все еще видимо дрожащий, как струна, когда, внезапно прозвенев под сильным
пальцем, она колеблется последним, быстро замирающим колебаньем, за вторым — третий, и, понемногу разгорячаясь и расширяясь, полилась заунывная песня.
— Конечно. Вот рай!.. Он у меня, видишь? — Грэй тихо засмеялся, раскрыв свою маленькую руку. Нежная, но
твердых очертаний ладонь озарилась солнцем, и мальчик сжал
пальцы в кулак. — Вот он, здесь!.. То тут, то опять нет…
Лев Толстой в «Войне и мире» так описывает обед, которым в 1806 году Английский клуб чествовал прибывшего в Москву князя Багратиона: «…Большинство присутствовавших были старые, почтенные люди с широкими, самоуверенными лицами, толстыми
пальцами,
твердыми движениями и голосами».
Он подошел к плите, нагнулся над нею, и его тонкие
пальцы впились в зеленый слой лишайников на поверхности плиты. Сквозь него он прощупывал
твердые выступы камня.
Он был небольшого роста, сутуловат, с криво выдавшимися лопатками и втянутым животом, с большими плоскими ступнями, с бледно-синими ногтями на
твердых, не разгибавшихся
пальцах жилистых красных рук; лицо имел морщинистое, впалые щеки и сжатые губы, которыми он беспрестанно двигал и жевал, что, при его обычной молчаливости, производило впечатление почти зловещее; седые его волосы висели клочьями над невысоким лбом; как только что залитые угольки, глухо тлели его крошечные, неподвижные глазки; ступал он тяжело, на каждом шагу перекидывая свое неповоротливое тело.