Неточные совпадения
И,
кроме того, нечто случилось со мной. Правда,
это было в течение Личного Часа, то есть в течение времени, специально отведенного для непредвиденных обстоятельств, но все же…
Мне как-то неловко, планетные мои читатели, рассказывать вам об
этом совершенно невероятном происшествии. Но что ж делать, если все
это было именно так. А разве весь день с самого утра не был полон невероятностей, разве не похоже все на
эту древнюю болезнь сновидений? И если так — не все ли равно: одной нелепостью больше или меньше?
Кроме того, я уверен: раньше или позже всякую нелепость мне удастся включить в какой-нибудь силлогизм.
Это меня успокаивает, надеюсь, успокоит и вас.
Копья ресниц отодвигаются, пропускают меня внутрь — и… Как рассказать то, что со мною делает
этот древний, нелепый, чудесный обряд, когда ее губы касаются моих? Какой формулой выразить
этот, все,
кроме нее, в душе выметающий вихрь? Да, да, в душе — смейтесь, если хотите.
Стало быть, и у Порфирия тоже нет ничего, ничего,
кроме этого бреда, никаких фактов, кроме психологии, которая о двух концах, ничего положительного.
Карл Иваныч большую часть своего времени проводил за чтением, даже испортил им свое зрение; но,
кроме этих книг и «Северной пчелы», он ничего не читал.
Неточные совпадения
Но я плоды моих мечтаний // И гармонических затей // Читаю только старой няне, // Подруге юности моей, // Да после скучного обеда // Ко мне забредшего соседа, // Поймав нежданно за полу, // Душу трагедией в углу, // Или (но
это кроме шуток), // Тоской и рифмами томим, // Бродя над озером моим, // Пугаю стадо диких уток: // Вняв пенью сладкозвучных строф, // Они слетают с берегов.
Кроме страсти к чтению, он имел еще два обыкновения, составлявшие две другие его характерические черты: спать не раздеваясь, так, как есть, в том же сюртуке, и носить всегда с собою какой-то свой особенный воздух, своего собственного запаха, отзывавшийся несколько жилым покоем, так что достаточно было ему только пристроить где-нибудь свою кровать, хоть даже в необитаемой дотоле комнате, да перетащить туда шинель и пожитки, и уже казалось, что в
этой комнате лет десять жили люди.
Все
эти замечания пришли мне на ум, может быть, только потому, что я знал некоторые подробности его жизни, и, может быть, на другого вид его произвел бы совершенно различное впечатление; но так как вы о нем не услышите ни от кого,
кроме меня, то поневоле должны довольствоваться
этим изображением.
— Она за
этой дверью; только я сам нынче напрасно хотел ее видеть: сидит в углу, закутавшись в покрывало, не говорит и не смотрит: пуглива, как дикая серна. Я нанял нашу духанщицу: она знает по-татарски, будет ходить за нею и приучит ее к мысли, что она моя, потому что она никому не будет принадлежать,
кроме меня, — прибавил он, ударив кулаком по столу. Я и в
этом согласился… Что прикажете делать? Есть люди, с которыми непременно должно соглашаться.
Вечером я имел с ним длинное объяснение: мне было досадно, что он переменился к
этой бедной девочке;
кроме того, что он половину дня проводил на охоте, его обращение стало холодно, ласкал он ее редко, и она заметно начинала сохнуть, личико ее вытянулось, большие глаза потускнели.