Неточные совпадения
Ответа не было,
кроме того общего ответа, который дает жизнь на все самые сложные и неразрешимые вопросы. Ответ
этот: надо жить потребностями дня, то есть забыться. Забыться сном уже нельзя, по крайней мере, до ночи, нельзя уже вернуться к той музыке, которую пели графинчики-женщины; стало быть, надо забыться сном жизни.
— Я? Да, я озабочен; но,
кроме того, меня
это всё стесняет, — сказал он. — Ты не можешь представить себе, как для меня, деревенского жителя, всё
это дико, как ногти того господина, которого я видел у тебя…
Степан Аркадьич улыбнулся. Он так знал
это чувство Левина, знал, что для него все девушки в мире разделяются на два сорта: один сорт —
это все девушки в мире,
кроме ее, и
эти девушки имеют все человеческие слабости, и девушки очень обыкновенные; другой сорт — она одна, не имеющая никаких слабостей и превыше всего человеческого.
Вронский в
это последнее время,
кроме общей для всех приятности Степана Аркадьича, чувствовал себя привязанным к нему еще тем, что он в его воображении соединялся с Кити.
— Да не говори ей вы. Она
этого боится. Ей никто,
кроме мирового судьи, когда ее судили за то, что она хотела уйти из дома разврата, никто не говорил вы. Боже мой, что
это за бессмыслица на свете! — вдруг вскрикнул он. —
Эти новыя учреждения,
эти мировые судьи, земство, что
это за безобразие!
Неужели между мной и
этим офицером-мальчиком существуют и могут существовать какие-нибудь другие отношения,
кроме тех, что бывают с каждым знакомым?» Она презрительно усмехнулась и опять взялась за книгу, но уже решительно не могла понимать того, что читала.
Алексей Александрович стоял лицом к лицу пред жизнью, пред возможностью любви в его жене к кому-нибудь
кроме его, и это-то казалось ему очень бестолковым и непонятным, потому что
это была сама жизнь.
— Всё кончено, — сказала она. — У меня ничего нет,
кроме тебя. Помни
это.
Кроме того, воспоминание об отказе и о роли, которую он играл при
этом, мучало его стыдом.
Кроме хозяйства, требовавшего особенного внимания весною,
кроме чтения, Левин начал
этою зимой еще сочинение о хозяйстве, план которого состоял в том, чтобы характер рабочего в хозяйстве был принимаем зa абсолютное данное, как климат и почва, и чтобы, следовательно, все положения науки о хозяйстве выводились не из одних данных почвы и климата, но из данных почвы, климата и известного неизменного характера рабочего.
Кроме того, из
этого же оказывалось, что бороны и все земледельческие орудия, которые велено было осмотреть и починить еще зимой и для которых нарочно взяты были три плотника, были не починены, и бороны всё-таки чинили, когда надо было ехать скородить.
Вронский сознавал
этот взгляд на себя товарищей и
кроме того, что любил
эту жизнь, чувствовал себя обязанным поддерживать установившийся на него взгляд.
Кроме того, он был уверен, что Яшвин уже наверное не находит удовольствия в сплетне и скандале, а понимает
это чувство как должно, то есть знает и верит, что любовь
эта — не шутка, не забава, а что-то серьезнее и важнее.
Вронский чувствовал
эти направленные на него со всех сторон глаза, но он ничего не видел,
кроме ушей и шеи своей лошади, бежавшей ему навстречу земли и крупа и белых ног Гладиатора, быстро отбивавших такт впереди его и остававшихся всё в одном и том же расстоянии.
День скачек был очень занятой день для Алексея Александровича; но, с утра еще сделав себе расписанье дня, он решил, что тотчас после раннего обеда он поедет на дачу к жене и оттуда на скачки, на которых будет весь Двор и на которых ему надо быть. К жене же он заедет потому, что он решил себе бывать у нее в неделю раз для приличия.
Кроме того, в
этот день ему нужно было передать жене к пятнадцатому числу, по заведенному порядку, на расход деньги.
Она как будто очнулась; почувствовала всю трудность без притворства и хвастовства удержаться на той высоте, на которую она хотела подняться;
кроме того, она почувствовала всю тяжесть
этого мира горя, болезней, умирающих, в котором она жила; ей мучительны показались те усилия, которые она употребляла над собой, чтобы любить
это, и поскорее захотелось на свежий воздух, в Россию, в Ергушово, куда, как она узнала из письма, переехала уже ее сестра Долли с детьми.
Никто,
кроме самых близких людей к Алексею Александровичу, не знал, что
этот с виду самый холодный и рассудительный человек имел одну, противоречившую общему складу его характера, слабость.
— Положим, какой-то неразумный ridicule [смешное] падает на
этих людей, но я никогда не видел в
этом ничего,
кроме несчастия, и всегда сочувствовал ему», сказал себе Алексей Александрович, хотя
это и было неправда, и он никогда не сочувствовал несчастиям
этого рода, а тем выше ценил себя, чем чаще были примеры жен, изменяющих своим мужьям.
«
Кроме формального развода, можно было еще поступить, как Карибанов, Паскудин и
этот добрый Драм, то есть разъехаться с женой», продолжал он думать, успокоившись; но и
эта мера представляла те же неудобства noзopa, как и при разводе, и главное —
это, точно так же как и формальный развод, бросало его жену в объятия Вронского. «Нет,
это невозможно, невозможно! — опять принимаясь перевертывать свой плед, громко заговорил он. — Я не могу быть несчастлив, но и она и он не должны быть счастливы».
Хотя Алексей Александрович и знал, что он не может иметь на жену нравственного влияния, что из всей
этой попытки исправления ничего не выйдет,
кроме лжи; хотя, переживая
эти тяжелые минуты, он и не подумал ни разу о том, чтоб искать руководства в религии, теперь, когда его решение совпадало с требованиями, как ему казалось, религии,
эта религиозная санкция его решения давала ему полное удовлетворение и отчасти успокоение.
И
этого никто,
кроме меня, не понимает и не поймет; и я не могу растолковать.
И он знает всё
это, знает, что я не могу раскаиваться в том, что я дышу, что я люблю; знает, что,
кроме лжи и обмана, из
этого ничего не будет; но ему нужно продолжать мучать меня.
Редко встречая Анну, он не мог ничего ей сказать,
кроме пошлостей, но он говорил
эти пошлости, о том, когда она переезжает в Петербург, о том, как ее любит графиня Лидия Ивановна, с таким выражением, которое показывало, что он от всей души желает быть ей приятным и показать свое уважение и даже более.
Он чувствовал, что
это независимое положение человека, который всё бы мог, но ничего не хочет, уже начинает сглаживаться, что многие начинают думать, что он ничего бы и не мог,
кроме того, как быть честным и добрым малым.
Получив письмо Свияжского с приглашением на охоту, Левин тотчас же подумал об
этом, но, несмотря на
это, решил, что такие виды на него Свияжского есть только его ни на чем не основанное предположение, и потому он всё-таки поедет.
Кроме того, в глубине души ему хотелось испытать себя, примериться опять к
этой девушке. Домашняя же жизнь Свияжских была в высшей степени приятна, и сам Свияжский, самый лучший тип земского деятеля, какой только знал Левин, был для Левина всегда чрезвычайно интересен.
Кроме того,
этот вопрос со стороны Левина был не совсем добросовестен. Хозяйка зa чаем только что говорила ему, что они нынче летом приглашали из Москвы Немца, знатока бухгалтерии, который за пятьсот рублей вознаграждения учел их хозяйство и нашел, что оно приносит убытка 3000 с чем-то рублей. Она не помнила именно сколько, но, кажется, Немец высчитал до четверти копейки.
Кроме того,
эта свояченица с вырезом в платье производила в нем чувство, подобное стыду и раскаянию в совершенном дурном поступке.
Кроме того, мужики
эти всё откладывали под разными предлогами условленную с ними постройку на
этой земле скотного двора и риги и оттянули до зимы.
―
Это совсем другое образование ― их образование. Он, видно, что и образован только для того, чтоб иметь право презирать образование, как они всё презирают,
кроме животных удовольствий.
Кроме того, беда одна не ходит, и дела об устройстве инородцев и об орошении полей Зарайской губернии навлекли на Алексея Александровича такие неприятности по службе, что он всё
это последнее время находился в крайнем раздражении.
Кроме того, новый начальник
этот еще имел репутацию медведя в обращении и был, по слухам, человек совершенно противоположного направления тому, к которому принадлежал прежний начальник и до сих пор принадлежал сам Степан Аркадьич.
— Я не могу вполне с
этим согласиться, — отвечал Алексей Александрович. — Мне кажется, что нельзя не признать того, что самый процесс изучения форм языков особенно благотворно действует на духовное развитие.
Кроме того, нельзя отрицать и того, что влияние классических писателей в высшей степени нравственное, тогда как, к несчастью, с преподаванием естественных наук соединяются те вредные и ложные учения, которые составляют язву нашего времени.
Он чувствовал, что,
кроме благой духовной силы, руководившей его душой, была другая, грубая, столь же или еще более властная сила, которая руководила его жизнью, и что
эта сила не даст ему того смиренного спокойствия, которого он желал.
Вернувшись в
этот день домой, Левин испытывал радостное чувство того, что неловкое положение кончилось и кончилось так, что ему не пришлось лгать.
Кроме того, у него осталось неясное воспоминание о том, что то, что говорил
этот добрый и милый старичок, было совсем не так глупо, как ему показалось сначала, и что тут что-то есть такое, что нужно уяснить.
И Левину смутно приходило в голову, что не то что она сама виновата (виноватою она ни в чем не могла быть), но виновато ее воспитание, слишком поверхностное и фривольное («
этот дурак Чарский: она, я знаю, хотела, но не умела остановить его»), «Да,
кроме интереса к дому (
это было у нее),
кроме своего туалета и
кроме broderie anglaise, у нее нет серьезных интересов.
Что они смеялись над ним, он знал
это, но он и не ждал от них ничего,
кроме враждебности; он уже привык к
этому.
Кроме Облонских со всеми детьми и гувернанткой, в
это лето гостила у Левиных еще старая княгиня, считавшая своим долгом следить за неопытною дочерью, находившеюся в таком положении.
Быть женой такого человека, как Кознышев, после своего положения у госпожи Шталь представлялось ей верхом счастья.
Кроме того, она почти была уверена, что она влюблена в него. И сейчас
это должно было решиться. Ей страшно было. Страшно было и то, что он скажет, и то, что он не скажет.
— Но ему оскорбительно! Et puis c’est ridicule. [
Кроме того,
это смешно.]
Теперь, когда лошади нужны были и для уезжавшей княгини и для акушерки,
это было затруднительно для Левина, но по долгу гостеприимства он не мог допустить Дарью Александровну нанимать из его дома лошадей и,
кроме того, знал, что двадцать рублей, которые просили с Дарьи Александровны за
эту поездку, были для нее очень важны; а денежные дела Дарьи Александровны, находившиеся в очень плохом положении, чувствовались Левиными как свои собственные.
Дома было ясно, что на шесть кофточек нужно было двадцать четыре аршина нансуку по 65 копеек, что составляло больше 15 рублей,
кроме отделки и работы, и
эти 15 рублей были выгаданы.
—
Это не родильный дом, но больница, и назначается для всех болезней,
кроме заразительных, — сказал он. — А вот
это взгляните… — и он подкатил к Дарье Александровне вновь выписанное кресло для выздоравливающих. — Вы посмотрите. — Он сел в кресло и стал двигать его. — Он не может ходить, слаб еще или болезнь ног, но ему нужен воздух, и он ездит, катается…
— Да, но ты не забудь, чтò ты и чтò я… И
кроме того, — прибавила Анна, несмотря на богатство своих доводов и на бедность доводов Долли, как будто всё-таки сознаваясь, что
это нехорошо, — ты не забудь главное, что я теперь нахожусь не в том положении, как ты. Для тебя вопрос: желаешь ли ты не иметь более детей, а для меня: желаю ли иметь я их. И
это большая разница. Понимаешь, что я не могу
этого желать в моем положении.
Кроме того, он решался на большой расход только тогда, когда были лишние деньги, и, делая
этот расход, доходил до всех подробностей и настаивал на том, чтоб иметь самое лучшее за свои деньги.
Чтоб избавиться от
этого тяжелого чувства, он, не дождавшись конца прений, ушел в залу, где никого не было,
кроме лакеев около буфета.
— Есть из нас тоже, вот хоть бы наш приятель Николай Иваныч или теперь граф Вронский поселился, те хотят промышленность агрономическую вести; но
это до сих пор,
кроме как капитал убить, ни к чему не ведет.
Правда, было еще одно средство: не удерживать его, — для
этого она не хотела ничего другого,
кроме его любви, — но сблизиться с ним, быть в таком положении, чтоб он не покидал ее.
Но дело в том, ― она, ожидая
этого развода здесь, в Москве, где все его и ее знают, живет три месяца; никуда не выезжает, никого не видает из женщин,
кроме Долли, потому что, понимаешь ли, она не хочет, чтобы к ней ездили из милости;
эта дура княжна Варвара ― и та уехала, считая
это неприличным.
Место
это давало от семи до десяти тысяч в год, и Облонский мог занимать его, не оставляя своего казенного места. Оно зависело от двух министерств, от одной дамы и от двух Евреев, и всех
этих людей, хотя они были уже подготовлены, Степану Аркадьичу нужно было видеть в Петербурге.
Кроме того, Степан Аркадьич обещал сестре Анне добиться от Каренина решительного ответа о разводе. И, выпросив у Долли пятьдесят рублей, он уехал в Петербург.
— Она сделала то, что все,
кроме меня, делают, но скрывают; а она не хотела обманывать и сделала прекрасно. И еще лучше сделала, потому что бросила
этого полоумного вашего зятя. Вы меня извините. Все говорили, что он умен, умен, одна я говорила, что он глуп. Теперь, когда он связался с Лидией Ивановной и с Landau, все говорят, что он полоумный, и я бы и рада не соглашаться со всеми, но на
этот раз не могу.