Темная синева
московского неба, истыканная серебряными звездами, бледнеет, роса засеребрится по сереющей в полумраке травке, потом поползет редкий седой туман и спокойно поднимается к небу, то ласкаясь на прощанье к дремлющим березкам, то расчесывая свою редкую бороду о колючие полы сосен; в стороне отчетисто и звучно застучат зубами лошади, чешущиеся по законам взаимного вспоможения; гудя пройдет тяжелым шагом убежавший бык, а люди без будущего всё сидят.
Так проводили время наши сокольницкие пустынники, как
московское небо стало хмуриться, и в одно прекрасное утро показался снежок. Снежок, конечно, был пустой, только выпал и сейчас же растаял; но тем не менее он оповестил дачников, что зима стоит недалеко за Валдайскими горами. Надо было переезжать в город.
Неточные совпадения
Не дожидаясь, когда встанет жена, Самгин пошел к дантисту. День был хороший, в
небе цвело серебряное солнце, похожее на хризантему; в воздухе играл звон колоколов, из церквей, от поздней обедни, выходил дородный
московский народ.
— Богом прославленных мест на земле — что звезд на́
небе, — сказал замолчавшему Иосифу Василий Борисыч. — Все такие места одному человеку изведать не можно, а тебе бы, старче, незнающему сказать, неведущего научить, а не Москву бранить. Тут
московские люди ни в чем не повинны.
Москва до
небес восхваляла порядки и метод обучения этого юного детища
московских отцов классицизма, и Татьяна Александровна Савина была, конечно, сторонницей этого учебного заведения.
Княжна слушала рассеянно отчеты ее поверенного против ее воли. Она, видимо, примирилась с ним, как с неизбежным злом. За последнее время она вдруг сделалась религиозной, почти ханжой, и ежедневно ездила на поклонение
московским святым и на могилу брата. Под влиянием этого настроения, быть может, она считала графа Довудского грозным посланцем разгневанного
неба.
Наконец настало 9 октября — день выступления соединенной
московской дружины. День был тихий, ясный; солнце при восходе яркими лучами рассеяло волнистый туман и, величественно выплывши на
небо, отразилось тысячами огней на куполах церквей и верхах бойниц и башен кремлевских.