Неточные совпадения
Все, что ни делалось при дворе, становилось предметом их всегдашних порицаний; признание Лжедимитрия
царем русским, междуцарствие, вторжение
врагов в сердце России, — одним словом, все бедствия отечества были, по их мнению, следствием оказанной им несправедливости.
— Ну, дорогие гости! — сказал он. — Этот кубок должен всех обойти. Кто пьет из него, — прибавил он, бросив грозный взгляд на Юрия, — тот друг наш; кто не пьет, тот
враг и супостат! За здравие светлейшего, державнейшего Сигизмунда, короля польского и
царя русского! Да здравствует!
— Боярин, ты предлагаешь нам пить за здравие
царя русского; итак, да здравствует Владислав, законный
царь русский, и да погибнут все изменники и
враги отечества!
— Да здравствует законный
царь русский, и да погибнут все
враги и предатели отечества!
Каждый знаменитый боярин и воевода пожелает быть
царем русским; начнутся крамолы, восстанут новые самозванцы, пуще прежнего польется кровь христианская, и отечество наше, обессиленное междоусобием, не могущее противустать сильному
врагу, погибнет навеки; и царствующий град, подобно святому граду Киеву, соделается достоянием иноверцев и отчиною короля свейского или
врага нашего, Сигизмунда, который теперь предлагает нам сына своего в законные государи, а тогда пришлет на воеводство одного из рабов своих.
По совершенном освобождении от внешних
врагов Россия долго еще бедствовала от внутренних мятежей и беспокойств; наконец господь умилосердился над несчастным отечеством нашим: все несогласия прекратились, общий глас народа наименовал
царем русским сына добродетельного Филарета, Михаила Феодоровича Романова, и в 1613 году, 11 числа июля, этот юный
царь, дед Великого Петра, возложил на главу свою венец Мономахов.
К ногам злодея молча пасть, // Как бессловесное созданье, // Царем быть отдану во власть //
Врагу царя на поруганье, // Утратить жизнь — и с нею честь, // Друзей с собой на плаху весть, // Над гробом слышать их проклятья, // Ложась безвинным под топор, // Врага веселый встретить взор // И смерти кинуться в объятья, // Не завещая никому // Вражды к злодею своему!..
— Революционеры —
враги царя и бога. Десятка бубен, тройка, валет пик. Они подкуплены немцами для того, чтобы разорить Россию… Мы, русские, стали всё делать сами, а немцам… Король, пятёрка и девятка, — чёрт возьми! Шестнадцатое совпадение!..
— Понял? То-то. Я тебе почему говорю? Пекарь твой хвалит тебя, ты, дескать, парень умный, честный и живешь — один. А к вам, в булочную, студенты шляются, сидят у Деренковой по ночам. Ежели — один, понятно. Но — когда много? А? Я против студентов не говорю — сегодня он студент, а завтра — товарищ прокурора. Студенты — хороший народ, только они торопятся роли играть, а
враги царя — подзуживают их! Понимаешь? И еще скажу…
Иван. Они сопротивлялись, пели песни! Они не слушали меня. Ты же знаешь, я горяч, я не терплю противоречия… Ведь это буйные, распущенные люди,
враги царя и порядка… Их вешают, ссылают на каторгу. Почему же нельзя… нужно было заставить их молчать.
Неточные совпадения
— Наша армия уже разбита, и мы — накануне революции. Не нужно быть пророком, чтоб утверждать это, — нужно побывать на фабриках, в рабочих казармах. Не завтра — послезавтра революция вспыхнет. Пользуясь выступлением рабочих, буржуазия уничтожит самодержавие, и вот отсюда начнется нечто новенькое. Если буржуазия, при помощи военщины, генералов, сумеет организоваться — пролетариат будет иметь пред собой
врага более опасного, чем
царь и окружающие его.
— Вожаки прогрессивного блока разговаривают с «черной сотней», с «союзниками» о дворцовом перевороте, хотят
царя Николая заменить другим.
Враги становятся друзьями! Ты как думаешь об этом?
— Как много и безжалостно говорят все образованные, — говорила Дуняша. — Бога — нет,
царя — не надо, люди —
враги друг другу, все — не так! Но — что же есть, и что — так?
— Немцы считаются самым ученым народом в мире. Изобретательные — ватерклозет выдумали. Христиане. И вот они объявили нам войну. За что? Никто этого не знает. Мы, русские, воюем только для защиты людей. У нас только Петр Первый воевал с христианами для расширения земли, но этот
царь был
врагом бога, и народ понимал его как антихриста. Наши
цари всегда воевали с язычниками, с магометанами — татарами, турками…
Но как он вздрогнул, как воспрянул, // Когда пред ним незапно грянул // Упадший гром! когда ему, //
Врагу России самому, // Вельможи русские послали // В Полтаве писанный донос // И вместо праведных угроз, // Как жертве, ласки расточали; // И озабоченный войной, // Гнушаясь мнимой клеветой, // Донос оставя без вниманья, // Сам
царь Иуду утешал // И злобу шумом наказанья // Смирить надолго обещал!