Неточные совпадения
Когда Рославлев
стал садиться в коляску, мимо его, по
дороге к Царскому Селу, промчались двое дрожек, запряженных парами.
Размытая проливными дождями проселочная
дорога, по которой ехал Рославлев вместе с своим слугою,
становилась час от часу тяжелее, и, несмотря на то, что они ехали в легкой почтовой тележке, усталые лошади с трудом тащились шагом.
— Да так-то плоха, что и сказать нельзя. Объездом лучше; а все, как
станете подъезжать к селу, так — не роди мать на свете!.. грязь по ступицу. Вот я поеду подле вас да укажу, где надо своротить с
дороги.
Узкая, извилистая
дорога, по которой и днем не без труда можно было ехать, заставляла их почти на каждом шаге останавливаться; колеса поминутно цеплялись за деревья, упряжь рвалась, и ямщик
стал уже громко поговаривать, что в село Утешино нет почтовой
дороги, что в другой раз он не повезет никого за казенные прогоны, и даже обещанный рубль на водку утешил его не прежде, как они выехали совсем из леса.
Ямщик погнал лошадей; но они едва могли бежать рысью по грязной
дороге, которая с каждым шагом
становилась хуже.
Поравнявшись с группою деревьев, которая с трех сторон закрывала церковь, извозчик позабыл о том, что советовал им старый ловчий, — не свернул с
дороги: колеса телеги увязли по самую ступицу в грязь, и, несмотря на его крики и удары, лошади
стали.
— Да, сударь, все, что знаю. Вчера ночью, против самой кладбищной церкви, наши лошади
стали, а телега так завязла в грязи, что и колес было не видно. Я пошел на мельницу за народом, а вы остались на
дороге одни с ямщиком.
С каждым шагом вперед большая
дорога становилась похожее на проезжую улицу: сотни пешеходцев пробирались полями и опереживали длинные обозы, которые медленно тащились по большой
дороге.
Мне
стало легче, и я хотел на другой день чем свет отправиться догонять эскадрон; вдруг, этак перед сумерками, глядим — по Смоленской
дороге пыль столбом!
Да во что б ни
стало, если ее сиятельство с своей маменькой потащат Оленьку во Францию, так я выйду на большую
дорогу, как разбойник, и отобью у них мою племянницу и единственную наследницу всего моего имения.
Когда Рославлев потерял из вида всю толпу мародеров и
стал надевать оставленную французом шинель, то заметил, что в боковом ее кармане лежало что-то довольно тяжелое; но он не успел удовлетворить своему любопытству и посмотреть, в чем состояла эта неожиданная находка: в близком от него расстоянии раздался дикой крик, вслед за ним загремели частые ружейные выстрелы, и через несколько минут послышался шум от бегущих по
дороге людей.
Не
стану вам рассказывать, как я доехал до Вильны: благодаря нашим победам меня по всей
дороге принимали ласково, осыпали вежливостями и даже иногда вполголоса бранили вместе со мною Наполеона.
От одной этой мысли волосы
стали у меня дыбом; я принялся погонять мою клячу и почти выбился из сил, когда подъехал к другому повороту, где начиналась сносная
дорога, проложенная по низенькому валу; в конце его за небольшим леском расположен был наш аванпост.
Вот уже я на половине
дороги; пальба
становится ежеминутно слышнее; я могу считать выстрелы; но это не простая аванпостная перестрелка, а ровный батальный огонь — итак, дело завязалось не на шутку.
Поляк повернул в сторону, и мы проселочной
дорогой, проложенной сквозь частый лес, который
становился все темнее и темнее, выехали через несколько минут на перекресток.
Пока у меня были деньги, я жила весьма уединенно, почти никуда не выходила и ни с кем не была знакомя; но когда русские
стали осаждать город, когда хлеб сделался вдесятеро
дороже и все деньги мои вышли, я решилась прибегнуть к великодушию единоземцев покойного моего мужа.
К удивлению моему, здешние крестьяне недовольны приисками: все
стало дороже: пуд сена теперь стоит двадцать пять, а иногда и пятьдесят, хлеб — девяносто коп. — и так все. Якутам лучше: они здесь природные хозяева, нанимаются в рабочие и выгодно сбывают на прииски хлеб; притом у них есть много лугов и полей, а у русских нет.
— И вот что еще хотел тебе сказать, — продолжал каким-то зазвеневшим вдруг голосом Митя, — если бить
станут дорогой аль там, то я не дамся, я убью, и меня расстреляют. И это двадцать ведь лет! Здесь уж ты начинают говорить. Сторожа мне ты говорят. Я лежал и сегодня всю ночь судил себя: не готов! Не в силах принять! Хотел «гимн» запеть, а сторожевского тыканья не могу осилить! За Грушу бы все перенес, все… кроме, впрочем, побой… Но ее туда не пустят.
— Ничему не могу научить, — смеялся и князь, — я все почти время за границей прожил в этой швейцарской деревне; редко выезжал куда-нибудь недалеко; чему же я вас научу? Сначала мне было только нескучно; я стал скоро выздоравливать; потом мне каждый день
становился дорог, и чем дальше, тем дороже, так что я стал это замечать. Ложился спать я очень довольный, а вставал еще счастливее. А почему это все — довольно трудно рассказать.
Неточные совпадения
Дорогою много приходило ему всяких мыслей на ум; вертелась в голове блондинка, воображенье начало даже слегка шалить, и он уже сам
стал немного шутить и подсмеиваться над собою.
«А мне пусть их все передерутся, — думал Хлобуев, выходя. — Афанасий Васильевич не глуп. Он дал мне это порученье, верно, обдумавши. Исполнить его — вот и все». Он
стал думать о
дороге, в то время, когда Муразов все еще повторял в себе: «Презагадочный для меня человек Павел Иванович Чичиков! Ведь если бы с этакой волей и настойчивостью да на доброе дело!»
Дождь, однако же, казалось, зарядил надолго. Лежавшая на
дороге пыль быстро замесилась в грязь, и лошадям ежеминутно
становилось тяжелее тащить бричку. Чичиков уже начинал сильно беспокоиться, не видя так долго деревни Собакевича. По расчету его, давно бы пора было приехать. Он высматривал по сторонам, но темнота была такая, хоть глаз выколи.
Чудным звоном заливается колокольчик; гремит и
становится ветром разорванный в куски воздух; летит мимо все, что ни есть на земли, и, косясь, постораниваются и дают ей
дорогу другие народы и государства.
Но мы
стали говорить довольно громко, позабыв, что герой наш, спавший во все время рассказа его повести, уже проснулся и легко может услышать так часто повторяемую свою фамилию. Он же человек обидчивый и недоволен, если о нем изъясняются неуважительно. Читателю сполагоря, рассердится ли на него Чичиков или нет, но что до автора, то он ни в каком случае не должен ссориться с своим героем: еще не мало пути и
дороги придется им пройти вдвоем рука в руку; две большие части впереди — это не безделица.