по произведению «Рославлев, или Русские в 1812 году» (Загоскин М. Н., 1831) искать по всей классике
Область поиска
«Рославлев, или Русские в 1812 году» (Загоскин М. Н., 1831) по всей классике
— Ну вот, сударь, наши и думать не думают, как вдруг, батюшка, они грянут изо всех пушек! Пошла потеха. И пехота, и конница, и артиллерия, и господи боже мой!.. Вот янычары заехали с флангу: алла! — да со всех четырех ног на нашу кавалерию.
— Постойте, постойте! — продолжал Степан Кондратьевич. — Этим дело не кончилось. Все наше войско двинулось вперед, конница бросилась на неприятельскую пехоту, и что ж?.. Как бы вы думали?.. Турки построились в каре!.. Слышите ли, батюшка? в каре!.. Что, сударь, когда это бывало?
— Вряд ли! — сказал Зарецкой, покачивай головою. — Посмотри, как они там за речкой маневрируют… Вон, кажется, потянулась конница… а прямо против нас… Ну, так и есть. Они ставят батарею...
В одну минуту из небольшой густой колонны составилось порядочное каре, которое продолжало медленно подвигаться вперед. Меж тем неприятельская конница, как громовая туча, приближалась к отступающим. Не доехав шагов полутораста до каре, она остановилась; раздалась громкая команда французских офицеров, и весь эскадрон латников, подобно бурному потоку, ринулся на небольшую толпу бесстрашных русских воинов.
— А ты бы, чай, повел скорым? Нет, душенька! от скорого шагу до беготни недалеко; а как побегут да нагрянет конница, так тогда уже поздно будет командовать. Однако ж взгляни-ка налево: кажется, наш приятель Зарецкой делает то же, что мы.
Когда Рославлев стал приближаться к нашей коннице, то неприятельская, подкрепленная свежими войсками, построилась снова в боевой порядок, и между обеих кавалерийских колонн начали разъезжать и показывать свое удальство фланкеры обеих сторон.
Сержант и человек тридцать крестьян, вооруженных ружьями, кинулись вслед за ним, а остальные рассыпались во все стороны. Неприятельская конница выскакала на площадь.
С четверть часа, окруженные со всех сторон, французы упорно защищались; наконец, более половины неприятельской пехоты и почти вся конница легли на месте, остальные положили оружие.
Англичане сразу стали показывать разные удивления и пояснять, что к чему у них приноровлено для военных обстоятельств: буреметры морские, мерблюзьи мантоны пеших полков, а для конницы смолевые непромокабли. Государь на все это радуется, все кажется ему очень хорошо, а Платов держит свою ажидацию, что для него все ничего не значит.
И тяжёлой коннице легче увязнуть в пешем манёвренном строю, ворвавшись в него, чем расколоться о ряды щитоносцев, которых тоже не слишком много, чтобы стать решающей силой.
В тех главной силой была тяжёлая рыцарская конница, умевшая наносить таранные удары, но не способная успешно маневрировать на поле битвы, а в его войске грозой рыцарей стали лучники.
И тяжёлой коннице легче увязнуть в пешем манёвренном строю, ворвавшись в него, чем расколоться о ряды щитоносцев, которых тоже не слишком много, чтобы стать решающей силой.
Это был отряд лёгкой конницы, зато он насчитывал добрую сотню бойцов.
В тех главной силой была тяжёлая рыцарская конница, умевшая наносить таранные удары, но не способная успешно маневрировать на поле битвы, а в его войске грозой рыцарей стали лучники.