Неточные совпадения
Нечего было тут прибавлять. Я молчал, и мне самому
хотелось заплакать, смотря на нее, так, от любви какой-то. Что за милый был это ребенок! Я уж не спрашивал ее, почему она считает себя способною сделать
счастье Алеши.
— Да высказывать-то нечего. Мне именно
хотелось знать, что бы вы сказали, если б вам кто-нибудь из друзей ваших, желающий вам основательного, истинного
счастья, не эфемерного какого-нибудь, предложил девушку, молоденькую, хорошенькую, но… уже кое-что испытавшую; я говорю аллегорически, но вы меня понимаете, ну, вроде Натальи Николаевны, разумеется, с приличным вознаграждением… (Заметьте, я говорю о постороннем, а не о нашемделе); ну, что бы вы сказали?
— Пожалуй, в красоту более или менее, но ты красота красот, всяческая красота! Ты — бездна, в которую меня влечет невольно, голова кружится, сердце замирает —
хочется счастья — пожалуй, вместе с гибелью. И в гибели есть какое-то обаяние…
Неточные совпадения
Ей
хотелось, чтоб Штольц узнал все не из ее уст, а каким-нибудь чудом. К
счастью, стало темнее, и ее лицо было уже в тени: мог только изменять голос, и слова не сходили у ней с языка, как будто она затруднялась, с какой ноты начать.
—
Счастье льется через край, так
хочется жить… а тут вдруг примешивается какая-то горечь…
Все бы это прекрасно: он не мечтатель; он не хотел бы порывистой страсти, как не хотел ее и Обломов, только по другим причинам. Но ему
хотелось бы, однако, чтоб чувство потекло по ровной колее, вскипев сначала горячо у источника, чтобы черпнуть и упиться в нем и потом всю жизнь знать, откуда бьет этот ключ
счастья…
— Да неужели вы не чувствуете, что во мне происходит? — начал он. — Знаете, мне даже трудно говорить. Вот здесь… дайте руку, что-то мешает, как будто лежит что-нибудь тяжелое, точно камень, как бывает в глубоком горе, а между тем, странно, и в горе и в
счастье, в организме один и тот же процесс: тяжело, почти больно дышать,
хочется плакать! Если б я заплакал, мне бы так же, как в горе, от слез стало бы легко…
У него шевельнулась странная мысль. Она смотрела на него с спокойной гордостью и твердо ждала; а ему
хотелось бы в эту минуту не гордости и твердости, а слез, страсти, охмеляющего
счастья, хоть на одну минуту, а потом уже пусть потекла бы жизнь невозмутимого покоя!