Во-вторых: если б этот брак и сбылся, то есть в таком только случае, если у того подлеца есть свой особый, таинственный, никому не известный расчет, по которому этот брак ему выгоден, — расчет, которого я решительно не понимаю, то
реши сам, спроси свое собственное сердце: будет ли она счастлива в этом браке?
Неточные совпадения
Я очень хорошо помню, что сердце мое сжалось от какого-то неприятнейшего ощущения и я
сам не мог
решить, какого рода было это ощущение.
— А вот что я скажу тебе, Ваня, —
решил старик, надумавшись, — я и
сам это видел, заметил и, признаюсь, даже обрадовался, что ты и Наташа… ну, да чего тут!
— Все, решительно все, — отвечал Алеша, — и благодарю бога, который внушил мне эту мысль; но слушайте, слушайте! Четыре дня тому назад я
решил так: удалиться от вас и кончить все
самому. Если б я был с вами, я бы все колебался, я бы слушал вас и никогда бы не решился. Один же, поставив именно себя в такое положение, что каждую минуту должен был твердить себе, что надо кончить и что я долженкончить, я собрался с духом и — кончил! Я положил воротиться к вам с решением и воротился с решением!
Я, может быть, целый месяц как
решил это и только теперь
сам узнал, что я
решил справедливо.
На Толкучем можно было очень дешево купить хорошенькое и простенькое платьице. Беда была в том, что у меня в ту минуту почти совсем не было денег. Но я еще накануне, ложась спать,
решил отправиться сегодня в одно место, где была надежда достать их, и как раз приходилось идти в ту
самую сторону, где Толкучий. Я взял шляпу. Елена пристально следила за мной, как будто чего-то ждала.
— Послушайте, Николай Сергеич,
решим так: подождем. Будьте уверены, что не одни глаза смотрят за этим делом, и, может быть, оно разрешится
самым лучшим образом,
само собою, без насильственных и искусственных разрешений, как например эта дуэль. Время —
самый лучший разрешитель! А наконец, позвольте вам сказать, что весь ваш проект совершенно невозможен. Неужели ж вы могли хоть одну минуту думать, что князь примет ваш вызов?
— Я говорю, — настойчиво перебила Наташа, — вы спросили себя в тот вечер: «Что теперь делать?» — и
решили: позволить ему жениться на мне, не в
самом деле, а только так, на словах,чтоб только его успокоить. Срок свадьбы, думали вы, можно отдалять сколько угодно; а между тем новая любовь началась; вы это заметили. И вот на этом-то начале новой любви вы все и основали.
— Мы еще поговорим об этом, — сказал он решительно, — а покамест… а впрочем, я
сам к тебе приду, вот только немножко поправлюсь здоровьем. Тогда и
решим.
— Ну, Ваня, таково-то житье мое! По этой причине непременно водочки! —
решил Маслобоев, оправляя волосы и чуть не бегом направляясь к графину. Но Александра Семеновна предупредила его: подскочила к столу, налила
сама, подала и даже ласково потрепала его по щеке. Маслобоев с гордостью подмигнул мне глазом, щелкнул языком и торжественно выпил свою рюмку.
Ведь если они будут несчастливы, так ведь им лучше разойтись; а потом и положила: расспросить вас подробнее обо всем и поехать
самой к Наташе, а уж с ней и
решить все дело.
— С Наташей вы познакомитесь и не будете раскаиваться, — сказал я. — Она вас
сама очень хочет узнать, и это нужно хоть для того только, чтоб ей знать, кому она передает Алешу. О деле же этом не тоскуйте очень. Время и без ваших забот
решит. Ведь вы едете в деревню?
— Я низкий, я подлый человек, Ваня, — начал он мне, — спаси меня от меня
самого. Я не оттого плачу, что я низок и подл, но оттого, что через меня Наташа будет несчастна. Ведь я оставляю ее на несчастье… Ваня, друг мой, скажи мне,
реши за меня, кого я больше люблю из них: Катю или Наташу?
— Послушай, Ольга, не гляди на меня так: мне страшно! — сказал он. — Я передумал: совсем иначе надо устроить!.. — продолжал потом, постепенно понижая тон, останавливаясь и стараясь вникнуть в этот новый для него смысл ее глаз, губ и говорящих бровей, — я
решил сам ехать в деревню, вместе с поверенным… чтоб там… — едва слышно досказал он.
— Я очень благодарю вас за ваше доверие, но… — сказал он, с смущением и досадой чувствуя, что то, что он легко и ясно мог
решить сам с собою, он не может обсуждать при княгине Тверской, представлявшейся ему олицетворением той грубой силы, которая должна была руководить его жизнью в глазах света и мешала ему отдаваться своему чувству любви и прощения. Он остановился, глядя на княгиню Тверскую.
Некоторых из нас рано стали учить и новым языкам; но не это завлекало, не о светских успехах мечтали мы, а о том, что будем сначала гимназисты, а потом студенты.Да! Мечтали, и это великое дело! Студент рисовался нам как высшая ступень для того, кто учится. Он и учится и «большой». У него шпага и треугольная шляпа. Вот почему целая треть нашего класса
решили сами, по четырнадцатому году, продолжать учиться латыни, без всякого давления от начальства и от родных.
Неточные совпадения
Решили тут же множество
самых затруднительных вопросов.
Они положили наконец потолковать окончательно об этом предмете и
решить, по крайней мере, что и как им делать, и какие меры предпринять, и что такое он именно: такой ли человек, которого нужно задержать и схватить, как неблагонамеренного, или же он такой человек, который может
сам схватить и задержать их всех, как неблагонамеренных.
Переговоры наши продолжались довольно долго; наконец мы
решили дело вот как: верстах в пяти отсюда есть глухое ущелье; они туда поедут завтра в четыре часа утра, а мы выедем полчаса после их; стреляться будете на шести шагах — этого требовал
сам Грушницкий.
Площадка, на которой мы должны были драться, изображала почти правильный треугольник. От выдавшегося угла отмерили шесть шагов и
решили, что тот, кому придется первому встретить неприятельский огонь, станет на
самом углу; спиною к пропасти; если он не будет убит, то противники поменяются местами.
— И прекрасно, Дунечка. Ну, уж как вы там
решили, — прибавила Пульхерия Александровна, — так уж пусть и будет. А мне и
самой легче: не люблю притворяться и лгать; лучше будем всю правду говорить… Сердись, не сердись теперь Петр Петрович!