Неточные совпадения
«Если о сю пору я так боюсь,
что же было бы, если б и действительно как-нибудь
случилось до самого дела дойти?..» — подумал он невольно, проходя в четвертый этаж.
— Нет, не
случалось, — отвечал Раскольников. — Это
что такое?
— Для
чего я не служу, милостивый государь, — подхватил Мармеладов, исключительно обращаясь к Раскольникову, как будто это он ему задал вопрос, — для
чего не служу? А разве сердце у меня не болит о том,
что я пресмыкаюсь втуне? Когда господин Лебезятников, тому месяц назад, супругу мою собственноручно избил, а я лежал пьяненькой, разве я не страдал? Позвольте, молодой человек,
случалось вам… гм… ну хоть испрашивать денег взаймы безнадежно?
И если бы даже
случилось когда-нибудь так,
что уже все до последней точки было бы им разобрано и решено окончательно и сомнений не оставалось бы уже более никаких, — то тут-то бы, кажется, он и отказался от всего, как от нелепости, чудовищности и невозможности.
Прежде, когда
случалось ему представлять все это в воображении, он иногда думал,
что очень будет бояться.
Случалось,
что он как будто и просыпался, и в эти минуты замечал,
что уже давно ночь, а встать ему не приходило в голову.
За этою стеной была улица, тротуар, слышно было, как шныряли прохожие, которых здесь всегда немало; но за воротами его никто не мог увидать, разве зашел бы кто с улицы,
что, впрочем, очень могло
случиться, а потому надо было спешить.
— Кой черт улики! А впрочем, именно по улике, да улика-то эта не улика, вот
что требуется доказать! Это точь-в-точь как сначала они забрали и заподозрили этих, как бишь их… Коха да Пестрякова. Тьфу! Как это все глупо делается, даже вчуже гадко становится! Пестряков-то, может, сегодня ко мне зайдет… Кстати, Родя, ты эту штуку уж знаешь, еще до болезни
случилось, ровно накануне того, как ты в обморок в конторе упал, когда там про это рассказывали…
Что же, однако,
случилось такого особенного,
что так перевернуло его?
— Слушай, — поспешил Раскольников, — я пришел только сказать,
что ты заклад выиграл и
что действительно никто не знает,
что с ним может
случиться. Войти же я не могу: я так слаб,
что сейчас упаду. И потому здравствуй и прощай! А завтра ко мне приходи…
— Здоров, здоров! — весело крикнул навстречу входящим Зосимов. Он уже минут с десять как пришел и сидел во вчерашнем своем углу на диване. Раскольников сидел в углу напротив, совсем одетый и даже тщательно вымытый и причесанный,
чего уже давно с ним не
случалось. Комната разом наполнилась, но Настасья все-таки успела пройти вслед за посетителями и стала слушать.
—
Случилось это у них утром, — продолжала, торопясь, Пульхерия Александровна. — После того она тотчас же приказала заложить лошадей, чтоб сейчас же после обеда и ехать в город, потому
что она всегда в таких случаях в город ездила; кушала за обедом, говорят, с большим аппетитом…
— Отчего я так и думал,
что с вами непременно что-нибудь в этом роде
случается! — проговорил вдруг Раскольников и в ту же минуту удивился,
что это сказал. Он был в сильном волнении.
Но ведь вот
что при этом, добрейший Родион Романович, наблюдать следует: ведь общего-то случая-с, того самого, на который все юридические формы и правила примерены и с которого они рассчитаны и в книжки записаны, вовсе не существует-с, по тому самому,
что всякое дело, всякое, хоть, например, преступление, как только оно
случится в действительности, тотчас же и обращается в совершенно частный случай-с; да иногда ведь в какой: так-таки ни на
что прежнее не похожий-с.
Да
чего: сам вперед начнет забегать, соваться начнет, куда и не спрашивают, заговаривать начнет беспрерывно о том, о
чем бы надо, напротив, молчать, различные аллегории начнет подпускать, хе-хе! сам придет и спрашивать начнет: зачем-де меня долго не берут? хе-хе-хе! и это ведь с самым остроумнейшим человеком может
случиться, с психологом и литератором-с!
Но тут
случилось странное происшествие, нечто до того неожиданное, при обыкновенном ходе вещей,
что уже, конечно, ни Раскольников, ни Порфирий Петрович на такую развязку и не могли рассчитывать.
Ему надо было только поскорей немедленно разузнать:
что и как тут
случилось?
—
Случилось мне вчера, мимоходом, перекинуть слова два с несчастною Катериной Ивановной. Двух слов достаточно было узнать,
что она находится в состоянии — противоестественном, если только можно так выразиться…
Кроме того,
что этот «деловой и серьезный» человек слишком уж резко не гармонировал со всею компанией, кроме того, видно было,
что он за чем-то важным пришел,
что, вероятно, какая-нибудь необыкновенная причина могла привлечь его в такую компанию и
что, стало быть, сейчас что-то
случится, что-то будет.
— Да ведь я божьего промысла знать не могу… И к
чему вы спрашиваете,
чего нельзя спрашивать? К
чему такие пустые вопросы? Как может
случиться, чтоб это от моего решения зависело? И кто меня тут судьей поставил: кому жить, кому не жить?
— Штука в том: я задал себе один раз такой вопрос:
что, если бы, например, на моем месте
случился Наполеон и не было бы у него, чтобы карьеру начать, ни Тулона, ни Египта, ни перехода через Монблан, а была бы вместо всех этих красивых и монументальных вещей просто-запросто одна какая-нибудь смешная старушонка, легистраторша, которую еще вдобавок надо убить, чтоб из сундука у ней деньги стащить (для карьеры-то, понимаешь?), ну, так решился ли бы он на это, если бы другого выхода не было?
Случилось так,
что Коля и Леня, напуганные до последней степени уличною толпой и выходками помешанной матери, увидев, наконец, солдата, который хотел их взять и куда-то вести, вдруг, как бы сговорившись, схватили друг друга за ручки и бросились бежать. С воплем и плачем кинулась бедная Катерина Ивановна догонять их. Безобразно и жалко было смотреть на нее, бегущую, плачущую, задыхающуюся. Соня и Полечка бросились вслед за нею.
Случалось ему уходить за город, выходить на большую дорогу, даже раз он вышел в какую-то рощу; но
чем уединеннее было место, тем сильнее он сознавал как будто чье-то близкое и тревожное присутствие, не то чтобы страшное, а как-то уж очень досаждающее, так
что поскорее возвращался в город, смешивался с толпой, входил в трактиры, в распивочные, шел на Толкучий, на Сенную.
— Ну, вот еще! Куда бы я ни отправился,
что бы со мной ни
случилось, — ты бы остался у них провидением. Я, так сказать, передаю их тебе, Разумихин. Говорю это, потому
что совершенно знаю, как ты ее любишь и убежден в чистоте твоего сердца. Знаю тоже,
что и она тебя может любить, и даже, может быть, уж и любит. Теперь сам решай, как знаешь лучше, — надо иль не надо тебе запивать.
Ну, уж конечно, и я мог, даже и тогда, рассудить,
что не всегда этак
случается, чтобы вот встал человек да и брякнул вам всю подноготную.
И каким образом это
случилось,
что она рискнула взять такую раскрасавицу в свой дом, в гувернантки!
Тут у нас
случилась одна девушка, Параша, черноокая Параша, которую только
что привезли из другой деревни, сенная девушка, и которую я еще никогда не видывал, — хорошенькая очень, но глупа до невероятности: в слезы, подняла вой на весь двор, и вышел скандал.
Если так, ступайте да и объявите по начальству,
что вот, дескать, так и так,
случился со мной такой казус: в теории ошибочка небольшая вышла.
— Маменька,
что бы ни
случилось,
что бы вы обо мне ни услышали,
что бы вам обо мне ни сказали, будете ли вы любить меня так, как теперь? — спросил он вдруг от полноты сердца, как бы не думая о своих словах и не взвешивая их.
Наконец, некоторые (особенно из психологов) допустили даже возможность того,
что и действительно он не заглядывал в кошелек, а потому и не знал,
что в нем было, и, не зная, так и снес под камень, но тут же из этого и заключали,
что самое преступление не могло иначе и
случиться, как при некотором временном умопомешательстве, так сказать, при болезненной мономании убийства и грабежа, без дальнейших целей и расчетов на выгоду.
Раза два, впрочем,
случилось,
что она сама так навела разговор,
что невозможно было, отвечая ей, не упомянуть о том, где именно находится теперь Родя; когда же ответы поневоле должны были выйти неудовлетворительными и подозрительными, она стала вдруг чрезвычайно печальна, угрюма и молчалива,
что продолжалось весьма долгое время.
Она всегда протягивала ему свою руку робко, иногда даже не подавала совсем, как бы боялась,
что он оттолкнет ее. Он всегда как бы с отвращением брал ее руку, всегда точно с досадой встречал ее, иногда упорно молчал во все время ее посещения.
Случалось,
что она трепетала его и уходила в глубокой скорби. Но теперь их руки не разнимались; он мельком и быстро взглянул на нее, ничего не выговорил и опустил свои глаза в землю. Они были одни, их никто не видел. Конвойный на ту пору отворотился.
Как это
случилось, он и сам не знал, но вдруг что-то как бы подхватило его и как бы бросило к ее ногам. Он плакал и обнимал ее колени. В первое мгновение она ужасно испугалась, и все лицо ее помертвело. Она вскочила с места и, задрожав, смотрела на него. Но тотчас же, в тот же миг она все поняла. В глазах ее засветилось бесконечное счастье; она поняла, и для нее уже не было сомнения,
что он любит, бесконечно любит ее, и
что настала же, наконец, эта минута…