Неточные совпадения
— Эк ведь вам Алена-то Ивановна
страху задала! — затараторила жена торговца, бойкая бабенка. — Посмотрю я на вас, совсем-то вы
как ребенок малый. И сестра она вам не родная, а сведенная, а вот
какую волю взяла.
Странное дело: казалось, он вдруг стал совершенно спокоен; не было ни полоумного бреду,
как давеча, ни панического
страху,
как во все последнее время.
«Довольно! — произнес он решительно и торжественно, — прочь миражи, прочь напускные
страхи, прочь привидения!.. Есть жизнь! Разве я сейчас не жил? Не умерла еще моя жизнь вместе с старою старухой! Царство ей небесное и — довольно, матушка, пора на покой! Царство рассудка и света теперь и… и воли, и силы… и посмотрим теперь! Померяемся теперь! — прибавил он заносчиво,
как бы обращаясь к какой-то темной силе и вызывая ее. — А ведь я уже соглашался жить на аршине пространства!
Будь Авдотья Романовна одета
как королева, то, кажется, он бы ее совсем не боялся; теперь же, может именно потому, что она так бедно одета и что он заметил всю эту скаредную обстановку, в сердце его вселился
страх, и он стал бояться за каждое слово свое, за каждый жест, что было, конечно, стеснительно для человека и без того себе не доверявшего.
Это происшествие,
как видно, беспокоило ее более всего, до
страха и трепета.
Когда же она сделала было движение убежать от
страху, — в нем что-то
как бы перевернулось.
Соня села, чуть не дрожа от
страху, и робко взглянула на обеих дам. Видно было, что она и сама не понимала,
как могла она сесть с ними рядом. Сообразив это, она до того испугалась, что вдруг опять встала и в совершенном смущении обратилась к Раскольникову.
Но он помнил тоже, что бывали минуты, часы и даже, может быть, дни, полные апатии, овладевавшей им,
как бы в противоположность прежнему
страху, — апатии, похожей на болезненно-равнодушное состояние иных умирающих.
Мысль о Дуне и матери навела на него вдруг почему-то
как бы панический
страх.
— Да садитесь, Порфирий Петрович, садитесь, — усаживал гостя Раскольников, с таким, по-видимому, довольным и дружеским видом, что, право, сам на себя подивился, если бы мог на себя поглядеть. Последки, подонки выскребывались! Иногда этак человек вытерпит полчаса смертного
страху с разбойником, а
как приложат ему нож к горлу окончательно, так тут даже и
страх пройдет. Он прямо уселся пред Порфирием и, не смигнув, смотрел на него. Порфирий прищурился и начал закуривать папироску.
— Укусила оса! Прямо в голову метит… Что это? Кровь! — Он вынул платок, чтоб обтереть кровь, тоненькою струйкой стекавшую по его правому виску; вероятно, пуля чуть-чуть задела по коже черепа. Дуня опустила револьвер и смотрела на Свидригайлова не то что в
страхе, а в каком-то диком недоумении. Она
как бы сама уж не понимала, что такое она сделала и что это делается!
— Бросила! — с удивлением проговорил Свидригайлов и глубоко перевел дух. Что-то
как бы разом отошло у него от сердца, и, может быть, не одна тягость смертного
страха; да вряд ли он и ощущал его в эту минуту. Это было избавление от другого, более скорбного и мрачного чувства, которого бы он и сам не мог во всей силе определить.
— Собаки, негры, — жаль, чертей нет, а то бы и чертей возили, — сказал Бердников и засмеялся своим странным, фыркающим смехом. — Некоторые изображают себя страшными, ну, а за
страх как раз надобно прибавить. Тут в этом деле пущена такая либертэ, что уже моралитэ — места нету!
Так, их переводчик Садагора — который
страх как походил на пожилую девушку с своей седой косой, недоставало только очков и чулка в руках, — молчал, когда говорил Льода, а когда Льоды не было, говорил Садагора, а молчал Нарабайоси и т. д.
Ему
страх как захотелось увидеть Веру опять наедине, единственно затем, чтоб только «великодушно» сознаться, как он был глуп, неверен своим принципам, чтоб изгладить первое, невыгодное впечатление и занять по праву место друга — покорить ее гордый умишко, выиграть доверие.
Неточные совпадения
«И полно, Таня! В эти лета // Мы не слыхали про любовь; // А то бы согнала со света // Меня покойница свекровь». — // «Да
как же ты венчалась, няня?» — // «Так, видно, Бог велел. Мой Ваня // Моложе был меня, мой свет, // А было мне тринадцать лет. // Недели две ходила сваха // К моей родне, и наконец // Благословил меня отец. // Я горько плакала со
страха, // Мне с плачем косу расплели // Да с пеньем в церковь повели.
Хотя бричка мчалась во всю пропалую и деревня Ноздрева давно унеслась из вида, закрывшись полями, отлогостями и пригорками, но он все еще поглядывал назад со
страхом,
как бы ожидая, что вот-вот налетит погоня.
Осведомившись в передней, вошел он в ту самую минуту, когда Чичиков не успел еще опомниться от своего
страха и был в самом жалком положении, в
каком когда-либо находился смертный.
Он об этом больше ничего,
как только сказал тому и другому, и вдруг побледнели и тот и другой;
страх прилипчивее чумы и сообщается вмиг.
— Ах,
какие ты забранки пригинаешь! — сказала старуха, глядя на него со
страхом.