Неточные совпадения
— Пойдемте, сударь, — сказал вдруг Мармеладов,
поднимая голову и обращаясь к Раскольникову, — доведите меня…
Дом Козеля, на дворе. Пора… к Катерине Ивановне…
А они совсем пришоль пьян и потом опять три путилки спросил, а потом один
поднял ноги и стал ногом фортепьян играль, и это совсем нехорошо в благородный
дом, и он ганц фортепьян ломаль, и совсем, совсем тут нет никакой манир, и я сказаль.
Некто крестьянин Душкин, содержатель распивочной, напротив того самого
дома, является в контору и приносит ювелирский футляр с золотыми серьгами и рассказывает целую повесть: «Прибежал-де ко мне повечеру, третьего дня, примерно в начале девятого, — день и час! вникаешь? — работник красильщик, который и до этого ко мне на дню забегал, Миколай, и принес мне ефту коробку, с золотыми сережками и с камушками, и просил за них под заклад два рубля, а на мой спрос: где взял? — объявил, что на панели
поднял.
Он даже успел сунуть неприметно в руку; дело, впрочем, было ясное и законное, и, во всяком случае, тут помощь ближе была. Раздавленного
подняли и понесли; нашлись помощники.
Дом Козеля был шагах в тридцати. Раскольников шел сзади, осторожно поддерживал голову и показывал дорогу.
Я глубоко уверена, что не кто другой, как именно вы поможете мне
поднять дом на настоящую высоту и сделать его самым шикарным не то что в нашем городе, но и во всем юге России.
Гордей Евстратыч хотел
поднять дом непременно в одно лето, чтобы на другое лето приступить к его внутренней отделке, то есть выштукатурить, настлать полы, выкрасить, вообще привести в форменный вид.
Неточные совпадения
Вот, некогда, на знатном погребенье, // Толпа сих плакальщиц,
поднявши вой, // Покойника от жизни скоротечной // В
дом провожала вечной // На упокой.
Видал я иногда, // Что есть такие господа // (И эта басенка им сделана в подарок), // Которым тысячей не жаль на вздор сорить, // А думают хозяйству подспорить, // Коль свечки сберегут огарок, // И рады за него с людьми
поднять содом. // С такою бережью диковинка ль, что
дом // Скорёшенько пойдёт вверх дном?
— Ну, а если не станет уменья, не сумеешь сам отыскать вдруг свою дорогу, понадобится посоветоваться, спросить — зайди к Рейнгольду: он научит. О! — прибавил он,
подняв пальцы вверх и тряся головой. — Это… это (он хотел похвалить и не нашел слова)… Мы вместе из Саксонии пришли. У него четырехэтажный
дом. Я тебе адрес скажу…
— Я двенадцать лет живу в этом
доме и могу сказать перед богом, Николай, — продолжал Карл Иваныч,
поднимая глаза и табакерку к потолку, — что я их любил и занимался ими больше, чем ежели бы это были мои собственные дети.
— Ну, посуди, Лейба, друг мой, — ты умный человек: кому, как не старому хозяину, дался бы Малек-Адель в руки! Ведь он и оседлал его, и взнуздал, и попону с него снял — вон она на сене лежит!.. Просто как
дома распоряжался! Ведь всякого другого, не хозяина, Малек-Адель под ноги бы смял! Гвалт
поднял бы такой, всю деревню бы переполошил! Согласен ты со мною?