Неточные совпадения
Месяца полтора назад он вспомнил про адрес; у него
были две вещи, годные к закладу: старые отцовские серебряные часы и маленькое золотое колечко
с тремя какими-то красными камешками, подаренное ему при прощании
сестрой, на память.
Не то чтоб он понимал, но он ясно ощущал, всею силою ощущения, что не только
с чувствительными экспансивностями, как давеча, но даже
с чем бы то ни
было ему уже нельзя более обращаться к этим людям в квартальной конторе, и
будь это всё его родные братья и
сестры, а не квартальные поручики, то и тогда ему совершенно незачем
было бы обращаться к ним и даже ни в каком случае жизни; он никогда еще до сей минуты не испытывал подобного странного и ужасного ощущения.
— «А
было ль известно тебе, Миколаю, в тот самый день, что такую-то вдову в такой-то день и час
с сестрой ее убили и ограбили?» — «Знать не знаю, ведать не ведаю.
— А старуху-то вот убили
с сестрой. Тут целая лужа
была.
И, схватив за руку Дунечку так, что чуть не вывернул ей руки, он пригнул ее посмотреть на то, что «вот уж он и очнулся». И мать и
сестра смотрели на Разумихина как на провидение,
с умилением и благодарностью; они уже слышали от Настасьи, чем
был для их Роди, во все время болезни, этот «расторопный молодой человек», как назвала его, в тот же вечер, в интимном разговоре
с Дуней, сама Пульхерия Александровна Раскольникова.
— А чего ты опять краснеешь? Ты лжешь,
сестра, ты нарочно лжешь, по одному только женскому упрямству, чтобы только на своем поставить передо мной… Ты не можешь уважать Лужина: я видел его и говорил
с ним. Стало
быть, продаешь себя за деньги и, стало
быть, во всяком случае поступаешь низко, и я рад, что ты, по крайней мере, краснеть можешь!
Вчера вечером, при матери и
сестре, и в его присутствии, я восстановил истину, доказав, что передал деньги Катерине Ивановне на похороны, а не Софье Семеновне, и что
с Софьей Семеновной третьего дня я еще и знаком даже не
был и даже в лицо еще ее не видал.
— А жить-то, жить-то как
будешь? Жить-то
с чем
будешь? — восклицала Соня. — Разве это теперь возможно? Ну как ты
с матерью
будешь говорить? (О,
с ними-то,
с ними-то что теперь
будет!) Да что я! Ведь ты уж бросил мать и
сестру. Вот ведь уж бросил же, бросил. О господи! — вскрикнула она, — ведь он уже это все знает сам! Ну как же, как же без человека-то прожить! Что
с тобой теперь
будет!
Признаюсь тебе, я и сам сильно
был наклонен поддерживать это мнение, во-первых, судя по твоим глупым и отчасти гнусным поступкам (ничем не объяснимым), а во-вторых, по твоему недавнему поведению
с матерью и
сестрой.
— И
сестру втянул; это очень, очень может
быть с характером Авдотьи Романовны.
Знаете, мне всегда
было жаль,
с самого начала, что судьба не дала родиться вашей
сестре во втором или третьем столетии нашей эры, где-нибудь дочерью владетельного князька или там какого-нибудь правителя или проконсула в Малой Азии.
— Имел даже честь и счастие встретить вашу
сестру, — образованная и прелестная особа. Признаюсь, я пожалел, что мы тогда
с вами до того разгорячились. Казус! А что я вас тогда, по поводу вашего обморока, некоторым взглядом окинул, — то потом оно самым блистательным образом объяснилось! Изуверство и фанатизм! Понимаю ваше негодование. Может
быть, по поводу прибывшего семейства квартиру переменяете?
Неточные совпадения
Но та,
сестры не замечая, // В постеле
с книгою лежит, // За листом лист перебирая, // И ничего не говорит. // Хоть не являла книга эта // Ни сладких вымыслов поэта, // Ни мудрых истин, ни картин, // Но ни Виргилий, ни Расин, // Ни Скотт, ни Байрон, ни Сенека, // Ни даже Дамских Мод Журнал // Так никого не занимал: // То
был, друзья, Мартын Задека, // Глава халдейских мудрецов, // Гадатель, толкователь снов.
Но напрасно обрадовавшиеся братья и
сестры кидают
с берега веревку и ждут, не мелькнет ли вновь спина или утомленные бореньем руки, — появление
было последнее.
Уездный чиновник пройди мимо — я уже и задумывался: куда он идет, на вечер ли к какому-нибудь своему брату или прямо к себе домой, чтобы, посидевши
с полчаса на крыльце, пока не совсем еще сгустились сумерки, сесть за ранний ужин
с матушкой,
с женой,
с сестрой жены и всей семьей, и о чем
будет веден разговор у них в то время, когда дворовая девка в монистах или мальчик в толстой куртке принесет уже после супа сальную свечу в долговечном домашнем подсвечнике.
Герой, однако же, совсем этого не замечал, рассказывая множество приятных вещей, которые уже случалось ему произносить в подобных случаях в разных местах: именно в Симбирской губернии у Софрона Ивановича Беспечного, где
были тогда дочь его Аделаида Софроновна
с тремя золовками: Марьей Гавриловной, Александрой Гавриловной и Адельгейдой Гавриловной; у Федора Федоровича Перекроева в Рязанской губернии; у Фрола Васильевича Победоносного в Пензенской губернии и у брата его Петра Васильевича, где
были свояченица его Катерина Михайловна и внучатные
сестры ее Роза Федоровна и Эмилия Федоровна; в Вятской губернии у Петра Варсонофьевича, где
была сестра невестки его Пелагея Егоровна
с племянницей Софьей Ростиславной и двумя сводными
сестрами — Софией Александровной и Маклатурой Александровной.
— Видите ли? он всех удовлетворил, — сказал Платонов. — Однако же, скажите просто:
есть ли у вас время, что<бы> заехать в одну деревню, отсюда верст десять? Мне бы хотелось проститься
с сестрой и зятем.