Неточные совпадения
Возвратясь с Сенной, он бросился на диван и целый час просидел без движения. Между тем стемнело; свечи у него не было, да и в голову не приходило ему зажигать. Он никогда не мог припомнить:
думал ли он о чем-нибудь в то время? Наконец он почувствовал давешнюю лихорадку, озноб, и с наслаждением догадался, что на диване
можно и лечь… Скоро крепкий, свинцовый сон налег на него, как будто придавил.
Но и
подумать нельзя было исполнить намерение: или плоты стояли у самых сходов, и на них прачки мыли белье, или лодки были причалены, и везде люди так и кишат, да и отовсюду с набережных, со всех сторон,
можно видеть, заметить: подозрительно, что человек нарочно сошел, остановился и что-то в воду бросает.
«Но за что же, за что же… и как это
можно!» — повторял он, серьезно
думая, что он совсем помешался.
Но кстати о глупости: как ты
думаешь, ведь Прасковья Павловна совсем, брат, не так глупа, как с первого взгляда
можно предположить, а?
«Где это, —
подумал Раскольников, идя далее, — где это я читал, как один приговоренный к смерти, за час до смерти, говорит или
думает, что если бы пришлось ему жить где-нибудь на высоте, на скале, и на такой узенькой площадке, чтобы только две ноги
можно было поставить, — а кругом будут пропасти, океан, вечный мрак, вечное уединение и вечная буря, — и оставаться так, стоя на аршине пространства, всю жизнь, тысячу лет, вечность, — то лучше так жить, чем сейчас умирать!
Ну, как ты
думаешь:
можно ли таким выражением от Лужина так же точно обидеться, как если бы вот он написал (он указал на Разумихина), али Зосимов, али из нас кто-нибудь?
— Я
думаю, что у него очень хорошая мысль, — ответил он. — О фирме, разумеется, мечтать заранее не надо, но пять-шесть книг действительно
можно издать с несомненным успехом. Я и сам знаю одно сочинение, которое непременно пойдет. А что касается до того, что он сумеет повести дело, так в этом нет и сомнения: дело смыслит… Впрочем, будет еще время вам сговориться…
— Вот вы, наверно,
думаете, как и все, что я с ним слишком строга была, — продолжала она, обращаясь к Раскольникову. — А ведь это не так! Он меня уважал, он меня очень, очень уважал! Доброй души был человек! И так его жалко становилось иной раз! Сидит, бывало, смотрит на меня из угла, так жалко станет его, хотелось бы приласкать, а потом и
думаешь про себя: «приласкаешь, а он опять напьется», только строгостию сколько-нибудь и удержать
можно было.
Можно бы
подумать, что в нем засело какое-то особое и даже исключительное намерение.
«Надо кончить с Свидригайловым, —
думал он, — и во что бы то ни стало, как
можно скорей: этот тоже, кажется, ждет, чтоб я сам к нему пришел».
Нет,
думаю, мне бы хоть черточку! хоть бы самую махочку черточку, только одну, но только такую, чтоб уж этак руками
можно взять было, чтоб уж вещь была, а не то что одну эту психологию.
Потому,
думал я, если человек виновен, то уж, конечно,
можно, во всяком случае, чего-нибудь существенного от него дождаться; позволительно даже и на самый неожиданный результат рассчитывать.
Мелькала постоянно во все эти дни у Раскольникова еще одна мысль и страшно его беспокоила, хотя он даже старался прогонять ее от себя, так она была тяжела для него! Он
думал иногда: Свидригайлов все вертелся около него, да и теперь вертится; Свидригайлов узнал его тайну; Свидригайлов имел замыслы против Дуни. А если и теперь имеет? Почти наверное
можно сказать, что да.А если теперь, узнав его тайну и таким образом получив над ним власть, он захочет употребить ее как оружие против Дуни?
Он довольно бодро вошел во двор. Надо было подняться в третий этаж. «Покамест еще подымусь», —
подумал он. Вообще ему казалось, что до роковой минуты еще далеко, еще много времени остается, о многом еще
можно передумать.
Неточные совпадения
Быть
можно дельным человеком // И
думать о красе ногтей: // К чему бесплодно спорить с веком? // Обычай деспот меж людей. // Второй Чадаев, мой Евгений, // Боясь ревнивых осуждений, // В своей одежде был педант // И то, что мы назвали франт. // Он три часа по крайней мере // Пред зеркалами проводил // И из уборной выходил // Подобный ветреной Венере, // Когда, надев мужской наряд, // Богиня едет в маскарад.
Он
думал о благополучии дружеской жизни, о том, как бы хорошо было жить с другом на берегу какой-нибудь реки, потом чрез эту реку начал строиться у него мост, потом огромнейший дом с таким высоким бельведером, [Бельведер — буквально: прекрасный вид; здесь: башня на здании.] что
можно оттуда видеть даже Москву и там пить вечером чай на открытом воздухе и рассуждать о каких-нибудь приятных предметах.
Он
думал отыскать в нем свойства самого хозяина, — как по раковине
можно судить, какого рода сидела в ней устрица или улитка.
— Да если вам свободно, так поедем со мной, — сказал Чичиков и
подумал про себя, глядя на Платонова: «А это было бы хорошо: тогда бы
можно издержки пополам, а подчинку коляски отнести вовсе на его счет».
— Разве эдак! — сказал Чичиков и
подумал про себя: «А это, однако же, кстати, что он дает взаймы: в таком случае завтра
можно будет привезти».