Неточные совпадения
Он не
то чтобы был начетчик или грамотей (хотя знал церковную службу всю и особенно житие некоторых святых, но более понаслышке), не
то чтобы был вроде, так сказать, дворового резонера, он просто был характера упрямого, подчас даже рискованного; говорил
с амбицией, судил бесповоротно и, в заключение, «жил почтительно», — по собственному удивительному его выражению, — вот он каков был тогда.
Итак, мог же, стало быть, этот молодой человек иметь в себе столько самой прямой и обольстительной силы,
чтобы привлечь такое чистое до
тех пор существо и, главное, такое совершенно разнородное
с собою существо, совершенно из другого мира и из другой земли, и на такую явную гибель?
«Я буду не один, — продолжал я раскидывать, ходя как угорелый все эти последние дни в Москве, — никогда теперь уже не буду один, как в столько ужасных лет до сих пор: со мной будет моя идея, которой я никогда не изменю, даже и в
том случае, если б они мне все там понравились, и дали мне счастье, и я прожил бы
с ними хоть десять лет!» Вот это-то впечатление, замечу вперед, вот именно эта-то двойственность планов и целей моих, определившаяся еще в Москве и которая не оставляла меня ни на один миг в Петербурге (ибо не знаю, был ли такой день в Петербурге, который бы я не ставил впереди моим окончательным сроком,
чтобы порвать
с ними и удалиться), — эта двойственность, говорю я, и была, кажется, одною из главнейших причин многих моих неосторожностей, наделанных в году, многих мерзостей, многих даже низостей и, уж разумеется, глупостей.
Между
тем накануне мать, шепчась
с сестрой, тихонько от Версилова («
чтобы не огорчить Андрея Петровича»), намеревалась снести в заклад из киота образ, почему-то слишком ей дорогой.
Между
тем при этом способе накопления,
то есть при нищенстве, нужно питаться,
чтобы скопить такие деньги, хлебом
с солью и более ничем; по крайней мере я так понимаю.
А теперь расскажу два анекдота,
чтобы тем покончить
с «идеей» совсем и так, чтоб она ничем уж не мешала в рассказе.
Ты приехал к нам из Москвы
с тем,
чтобы тотчас же взбунтоваться, — вот пока что нам известно о целях твоего прибытия.
— Знаете что, — сказал я, — вы говорите, что пришли, главное,
с тем,
чтобы мать подумала, что мы помирились. Времени прошло довольно, чтоб ей подумать; не угодно ли вам оставить меня одного?
—
То есть ты подозреваешь, что я пришел склонять тебя остаться у князя, имея в
том свои выгоды. Но, друг мой, уж не думаешь ли ты, что я из Москвы тебя выписал, имея в виду какую-нибудь свою выгоду? О, как ты мнителен! Я, напротив, желая тебе же во всем добра. И даже вот теперь, когда так поправились и мои средства, я бы желал,
чтобы ты, хоть иногда, позволял мне
с матерью помогать тебе.
Все это я обдумал и совершенно уяснил себе, сидя в пустой комнате Васина, и мне даже вдруг пришло в голову, что пришел я к Васину, столь жаждая от него совета, как поступить, — единственно
с тою целью,
чтобы он увидал при этом, какой я сам благороднейший и бескорыстнейший человек, а стало быть, чтоб и отмстить ему
тем самым за вчерашнее мое перед ним принижение.
— Знаете что, я по вашим глазам еще давеча догадался, что вы будете хулить Крафта, и,
чтобы не слышать хулы, положил не добиваться вашего мнения; но вы его сами высказали, и я поневоле принужден согласиться
с вами; а между
тем я недоволен вами! Мне жаль Крафта.
— Вы думаете? — остановился он передо мной, — нет, вы еще не знаете моей природы! Или… или я тут, сам не знаю чего-нибудь: потому что тут, должно быть, не одна природа. Я вас искренно люблю, Аркадий Макарович, и, кроме
того, я глубоко виноват перед вами за все эти два месяца, а потому я хочу,
чтобы вы, как брат Лизы, все это узнали: я ездил к Анне Андреевне
с тем, чтоб сделать ей предложение, а не отказываться.
— Что князь Николай Иванович? — спросил я вдруг, как бы потеряв рассудок. Дело в
том, что я спросил решительно,
чтобы перебить
тему, и вновь, нечаянно, сделал самый капитальный вопрос, сам как сумасшедший возвращаясь опять в
тот мир, из которого
с такою судорогой только что решился бежать.
Да и
то взять: учат
с тех пор, как мир стоит, а чему же они научили доброму,
чтобы мир был самое прекрасное и веселое и всякой радости преисполненное жилище?
Я просто понял, что выздороветь надо во что бы ни стало и как можно скорее,
чтобы как можно скорее начать действовать, а потому решился жить гигиенически и слушаясь доктора (кто бы он ни был), а бурные намерения,
с чрезвычайным благоразумием (плод широкости), отложил до дня выхода,
то есть до выздоровления.
И ежели вмале мне угодит,
то достаточный капитал ему отпишу; а совсем ежели угодит,
то и всего состояния нашего могу его, по смерти, преемником утвердить, равно как родного бы сына,
с тем, однако,
чтобы ваша милость, окромя великих праздников, в дом не жаловали.
И раскрой ты перед ним
с той стороны, над церковью, небо, и
чтобы все ангелы во свете небесном летели встречать его.
Но если я и вымолвил это,
то смотрел я
с любовью. Говорили мы как два друга, в высшем и полном смысле слова. Он привел меня сюда,
чтобы что-то мне выяснить, рассказать, оправдать; а между
тем уже все было, раньше слов, разъяснено и оправдано. Что бы я ни услышал от него теперь — результат уже был достигнут, и мы оба со счастием знали про это и так и смотрели друг на друга.
Оставим это, друг мой; а «вериги» мои — вздор; не беспокойся об них. Да еще вот что: ты знаешь, что я на язык стыдлив и трезв; если разговорился теперь,
то это… от разных чувств и потому что —
с тобой; другому я никому и никогда не скажу. Это прибавляю,
чтобы тебя успокоить.
— Ламберт, — перебил я, задыхаясь и торопясь и поневоле несколько декламируя, — если я остановился
с тобою,
то единственно затем,
чтобы навсегда
с тобою покончить.
Пусть я отплачу ему великодушием, но
с тем,
чтобы это он почувствовал,
чтобы он это понял — и я отмщен!
А так как времени терять уже было нельзя,
то, надеясь на свое могущество, Анна Андреевна и решилась начать дело и без документа, но
с тем,
чтобы князя прямо доставить ко мне — для чего?
Расспросивши подробно будочника, куда можно пройти ближе, если понадобится, к собору, к присутственным местам, к губернатору, он отправился взглянуть на реку, протекавшую посредине города, дорогою оторвал прибитую к столбу афишу,
с тем чтобы, пришедши домой, прочитать ее хорошенько, посмотрел пристально на проходившую по деревянному тротуару даму недурной наружности, за которой следовал мальчик в военной ливрее, с узелком в руке, и, еще раз окинувши все глазами, как бы с тем, чтобы хорошо припомнить положение места, отправился домой прямо в свой нумер, поддерживаемый слегка на лестнице трактирным слугою.
Неточные совпадения
Они поют, и,
с небреженьем // Внимая звонкий голос их, // Ждала Татьяна
с нетерпеньем, // Чтоб трепет сердца в ней затих, //
Чтобы прошло ланит пыланье. // Но в персях
то же трепетанье, // И не проходит жар ланит, // Но ярче, ярче лишь горит… // Так бедный мотылек и блещет, // И бьется радужным крылом, // Плененный школьным шалуном; // Так зайчик в озими трепещет, // Увидя вдруг издалека // В кусты припадшего стрелка.
Уездный чиновник пройди мимо — я уже и задумывался: куда он идет, на вечер ли к какому-нибудь своему брату или прямо к себе домой,
чтобы, посидевши
с полчаса на крыльце, пока не совсем еще сгустились сумерки, сесть за ранний ужин
с матушкой,
с женой,
с сестрой жены и всей семьей, и о чем будет веден разговор у них в
то время, когда дворовая девка в монистах или мальчик в толстой куртке принесет уже после супа сальную свечу в долговечном домашнем подсвечнике.
Впрочем, редко случалось,
чтобы это было довезено домой; почти в
тот же день спускалось оно все другому, счастливейшему игроку, иногда даже прибавлялась собственная трубка
с кисетом и мундштуком, а в другой раз и вся четверня со всем:
с коляской и кучером, так что сам хозяин отправлялся в коротеньком сюртучке или архалуке искать какого-нибудь приятеля,
чтобы попользоваться его экипажем.
Услыша эти слова, Чичиков,
чтобы не сделать дворовых людей свидетелями соблазнительной сцены и вместе
с тем чувствуя, что держать Ноздрева было бесполезно, выпустил его руки. В это самое время вошел Порфирий и
с ним Павлушка, парень дюжий,
с которым иметь дело было совсем невыгодно.
Одна из них нарочно прошла мимо его,
чтобы дать ему это заметить, и даже задела блондинку довольно небрежно толстым руло своего платья, а шарфом, который порхал вокруг плеч ее, распорядилась так, что он махнул концом своим ее по самому лицу; в
то же самое время позади его из одних дамских уст изнеслось вместе
с запахом фиалок довольно колкое и язвительное замечание.