Неточные совпадения
Прибыв один и очутившись в незнакомой толпе, я
сначала пристроился в уголке стола и
начал ставить мелкими кушами и так просидел часа два, не шевельнувшись.
— Ученых людей этих, профессоров этих самых (вероятно, перед тем говорили что-нибудь о профессорах), —
начал Макар Иванович, слегка потупившись, — я
сначала ух боялся: не смел я пред ними, ибо паче всего опасался безбожника.
Я это испытал на себе: лишь только я
начал развивать эту идею о новой заповеди — и
сначала, разумеется, шутя, я вдруг
начал понимать всю степень моей, таившейся во мне, любви к твоей матери.
— Нисколько, — сказал он, — позволь. Ты не можешь видеть своего положения, как я. Позволь мне сказать откровенно свое мнение. — Опять он осторожно улыбнулся своею миндальною улыбкой. — Я
начну сначала: ты вышла замуж за человека, который на двадцать лет старше тебя. Ты вышла замуж без любви или не зная любви. Это была ошибка, положим.
Все как-то мне не удавалось: я сделал ошибку в начале вычисления, так что надо было все
начинать сначала; мел я два раза уронил, чувствовал, что лицо и руки мои испачканы, губка где-то пропала, стук, который производил Николай, как-то больно потрясал мои нервы.
Но, впрочем, я начал мой рассказ, неизвестно почему, из средины. Коли уж все записывать, то надо
начинать сначала. Ну, и начнем сначала. Впрочем, не велика будет моя автобиография.
Начнем сначала: приехал я с Поджио и Спиридовьгм на одной лодке с Комендантом, Плац-маёром и Барановым в г. Иркутск 9-го числа. Мы первые вошли в Столицу Сибири, ужасно грязную по случаю ежедневных дождей. Слава богу, что избегли этого горя на море, [Море — озеро Байкал.] где мы бичевой шли пять суток. Скучно было, но ничего неприятного не случилось.
Неточные совпадения
Разговор
сначала не клеился, но после дело пошло, и он
начал даже получать форс, но… здесь, к величайшему прискорбию, надобно заметить, что люди степенные и занимающие важные должности как-то немного тяжеловаты в разговорах с дамами; на это мастера господа поручики и никак не далее капитанских чинов.
Разговор наш начался злословием: я стал перебирать присутствующих и отсутствующих наших знакомых,
сначала выказывал смешные, а после дурные их стороны. Желчь моя взволновалась. Я
начал шутя — и окончил искренней злостью. Сперва это ее забавляло, а потом испугало.
Но в идущей женщине было что-то такое странное и с первого же взгляда бросающееся в глаза, что мало-помалу внимание его
начало к ней приковываться, —
сначала нехотя и как бы с досадой, а потом все крепче и крепче.
Ну кто же, скажите, из всех подсудимых, даже из самого посконного мужичья, не знает, что его, например,
сначала начнут посторонними вопросами усыплять (по счастливому выражению вашему), а потом вдруг и огорошат в самое темя, обухом-то-с, хе! хе! хе! в самое-то темя, по счастливому уподоблению вашему! хе! хе! так вы это в самом деле подумали, что я квартирой-то вас хотел… хе! хе!
— Да ты, Захар Трофимыч, —
начала Анисья, вдруг выглянув из другой комнаты, — напрасно
сначала метешь пол, а потом со столов сметаешь; пыль-то опять и насядет… Ты бы прежде…