Ведь, подумаешь, как это жестоко, а с другой стороны, ей-богу, эти невинные люди от чистого сердца делают и уверены, что это человеколюбие), потом туалет (вы знаете, что такое туалет преступника?), наконец везут
по городу до эшафота…
— Наутро я вышел
по городу побродить, — продолжал князь, лишь только приостановился Рогожин, хотя смех всё еще судорожно и припадочно вздрагивал на его губах, — вижу, шатается по деревянному тротуару пьяный солдат, в совершенно растерзанном виде.
Лизавета Прокофьевна сильно настаивала на том, что нет возможности оставаться в Павловске после всего происшедшего; он, Евгений Павлович, сообщал ей каждодневно о слухах
по городу.
Неточные совпадения
На третий день
по прибытии его в
город явился к нему из его деревеньки его староста, верхом, с обожженною щекой и обгоревшею бородой, и возвестил ему, что «вотчина сгорела», вчера, в самый полдень, причем «изволили сгореть и супруга, а деточки целы остались».
Был уже двенадцатый час. Князь знал, что у Епанчиных в
городе он может застать теперь одного только генерала,
по службе, да и то навряд. Ему подумалось, что генерал, пожалуй, еще возьмет его и тотчас же отвезет в Павловск, а ему до того времени очень хотелось сделать один визит. На риск опоздать к Епанчиным и отложить свою поездку в Павловск до завтра, князь решился идти разыскивать дом, в который ему так хотелось зайти.
Узнав
по оставленной ему записке, что князь в
городе, он устремился к нему
по сообщенному в записке адресу.
В Павловском воксале
по будням, как известно и как все
по крайней мере утверждают, публика собирается «избраннее», чем
по воскресеньям и
по праздникам, когда наезжают «всякие люди» из
города.
— Да полноте, трагедию завел! — крикнул Ганя. — Не срамили бы нас
по всему
городу, так лучше бы было!
Две недели спустя, то есть уже в начале июля, и в продолжение этих двух недель история нашего героя, и особенно последнее приключение этой истории, обращаются в странный, весьма увеселительный, почти невероятный и в то же время почти наглядный анекдот, распространяющийся мало-помалу
по всем улицам, соседним с дачами Лебедева, Птицына, Дарьи Алексеевны, Епанчиных, короче сказать, почти
по всему
городу и даже
по окрестностям его.
Но в тот же вечер, когда князь на минуту зашел к Ипполиту, капитанша, только что возвратившаяся из
города, куда ездила
по каким-то своим делишкам, рассказала, что к ней в Петербурге заходил сегодня на квартиру Рогожин и расспрашивал о Павловске.
Как полусонный, бродил он без цели
по городу, не будучи в состоянии решить, он ли сошел с ума, чиновники ли потеряли голову, во сне ли все это делается или наяву заварилась дурь почище сна.
Ты хочешь, видно, чтоб мы не уважили первого, святого закона товарищества: оставили бы собратьев своих на то, чтобы с них с живых содрали кожу или, исчетвертовав на части козацкое их тело, развозили бы их
по городам и селам, как сделали они уже с гетьманом и лучшими русскими витязями на Украйне.
Иванов день прошел торжественно. Иван Матвеевич накануне не ходил в должность, ездил как угорелый
по городу и всякий раз приезжал домой то с кульком, то с корзиной.
Неточные совпадения
Мазурка раздалась. Бывало, // Когда гремел мазурки гром, // В огромной зале всё дрожало, // Паркет трещал под каблуком, // Тряслися, дребезжали рамы; // Теперь не то: и мы, как дамы, // Скользим
по лаковым доскам. // Но в
городах,
по деревням // Еще мазурка сохранила // Первоначальные красы: // Припрыжки, каблуки, усы // Всё те же; их не изменила // Лихая мода, наш тиран, // Недуг новейших россиян.
Едва только ушел назад
город, как уже пошли писать,
по нашему обычаю, чушь и дичь
по обеим сторонам дороги: кочки, ельник, низенькие жидкие кусты молодых сосен, обгорелые стволы старых, дикий вереск и тому подобный вздор.
— Управитель так и оторопел, говорит: «Что вам угодно?» — «А! говорят, так вот ты как!» И вдруг, с этим словом, перемена лиц и физиогномии… «За делом! Сколько вина выкуривается
по именью? Покажите книги!» Тот сюды-туды. «Эй, понятых!» Взяли, связали, да в
город, да полтора года и просидел немец в тюрьме.
Многие дамы были хорошо одеты и
по моде, другие оделись во что Бог послал в губернский
город.
Уже более недели приезжий господин жил в
городе, разъезжая
по вечеринкам и обедам и таким образом проводя, как говорится, очень приятно время.