Неточные совпадения
Из-под нанкового [Нанковая — особая хлопчатобумажная ткань,
по имени китайского
города Нанкина, где она изготовлялась.] жилета торчала манишка, вся скомканная, запачканная и залитая.
Тут заинтересовало его вдруг: почему именно во всех больших
городах человек не то что
по одной необходимости, но как-то особенно наклонен жить и селиться именно в таких частях
города, где нет ни садов, ни фонтанов, где грязь и вонь и всякая гадость.
— Это мы хорошо сделали, что теперь ушли, — заторопилась, перебивая, Пульхерия Александровна, — он куда-то
по делу спешил; пусть пройдется, воздухом хоть подышит… ужас у него душно… а где тут воздухом-то дышать? Здесь и на улицах, как в комнатах без форточек. Господи, что за
город!.. Постой, посторонись, задавят, несут что-то! Ведь это фортепиано пронесли, право… как толкаются… Этой девицы я тоже очень боюсь…
В молодой и горячей голове Разумихина твердо укрепился проект положить в будущие три-четыре года,
по возможности, хоть начало будущего состояния, скопить хоть несколько денег и переехать в Сибирь, где почва богата во всех отношениях, а работников, людей и капиталов мало; там поселиться в том самом
городе, где будет Родя, и… всем вместе начать новую жизнь.
Их родственники и родственницы, приезжавшие в
город, оставляли,
по указанию их, в руках Сони вещи для них и даже деньги.
Как полусонный, бродил он без цели
по городу, не будучи в состоянии решить, он ли сошел с ума, чиновники ли потеряли голову, во сне ли все это делается или наяву заварилась дурь почище сна.
Ты хочешь, видно, чтоб мы не уважили первого, святого закона товарищества: оставили бы собратьев своих на то, чтобы с них с живых содрали кожу или, исчетвертовав на части козацкое их тело, развозили бы их
по городам и селам, как сделали они уже с гетьманом и лучшими русскими витязями на Украйне.
Иванов день прошел торжественно. Иван Матвеевич накануне не ходил в должность, ездил как угорелый
по городу и всякий раз приезжал домой то с кульком, то с корзиной.
Неточные совпадения
Мазурка раздалась. Бывало, // Когда гремел мазурки гром, // В огромной зале всё дрожало, // Паркет трещал под каблуком, // Тряслися, дребезжали рамы; // Теперь не то: и мы, как дамы, // Скользим
по лаковым доскам. // Но в
городах,
по деревням // Еще мазурка сохранила // Первоначальные красы: // Припрыжки, каблуки, усы // Всё те же; их не изменила // Лихая мода, наш тиран, // Недуг новейших россиян.
Едва только ушел назад
город, как уже пошли писать,
по нашему обычаю, чушь и дичь
по обеим сторонам дороги: кочки, ельник, низенькие жидкие кусты молодых сосен, обгорелые стволы старых, дикий вереск и тому подобный вздор.
— Управитель так и оторопел, говорит: «Что вам угодно?» — «А! говорят, так вот ты как!» И вдруг, с этим словом, перемена лиц и физиогномии… «За делом! Сколько вина выкуривается
по именью? Покажите книги!» Тот сюды-туды. «Эй, понятых!» Взяли, связали, да в
город, да полтора года и просидел немец в тюрьме.
Многие дамы были хорошо одеты и
по моде, другие оделись во что Бог послал в губернский
город.
Уже более недели приезжий господин жил в
городе, разъезжая
по вечеринкам и обедам и таким образом проводя, как говорится, очень приятно время.