Неточные совпадения
— Князь, я сделал подло, простите меня, голубчик, — сказал он вдруг с сильным чувством. Черты лица его выражали сильную
боль. Князь смотрел с изумлением и
не тотчас ответил. — Ну, простите, ну, простите же! — нетерпеливо настаивал Ганя, — ну,
хотите, я вашу руку сейчас поцелую!
Он проснулся в девятом часу, с головною
болью, с беспорядком в мыслях, с странными впечатлениями. Ему ужасно почему-то захотелось видеть Рогожина; видеть и много говорить с ним, — о чем именно, он и сам
не знал; потом он уже совсем решился было пойти зачем-то к Ипполиту. Что-то смутное было в его сердце, до того, что приключения, случившиеся с ним в это утро, произвели на него
хотя и чрезвычайно сильное, но все-таки какое-то неполное впечатление. Одно из этих приключений состояло в визите Лебедева.
Неточные совпадения
— Да куды ж мне, сами посудите! Мне нельзя начинать с канцелярского писца. Вы позабыли, что у меня семейство. Мне сорок, у меня уж и поясница
болит, я обленился; а должности мне поважнее
не дадут; я ведь
не на хорошем счету. Я признаюсь вам: я бы и сам
не взял наживной должности. Я человек хоть и дрянной, и картежник, и все что
хотите, но взятков брать я
не стану. Мне
не ужиться с Красноносовым да Самосвистовым.
Он
не договорил и зарыдал громко от нестерпимой
боли сердца, упал на стул, и оторвал совсем висевшую разорванную полу фрака, и швырнул ее прочь от себя, и, запустивши обе руки себе в волосы, об укрепленье которых прежде старался, безжалостно рвал их, услаждаясь
болью, которою
хотел заглушить ничем
не угасимую
боль сердца.
Другой бы прибавил: пишу и обливаюсь слезами, но я
не рисуюсь перед вами,
не драпируюсь в свою печаль, потому что
не хочу усиливать
боль, растравлять сожаление, грусть.
—
Не увидимся с Ольгой… Боже мой! Ты открыл мне глаза и указал долг, — говорил он, глядя в небо, — где же взять силы? Расстаться! Еще есть возможность теперь,
хотя с
болью, зато после
не будешь клясть себя, зачем
не расстался? А от нее сейчас придут, она
хотела прислать… Она
не ожидает…
Как это можно? Да это смерть! А ведь было бы так! Он бы
заболел. Он и
не хотел разлуки, он бы
не перенес ее, пришел бы умолять видеться. «Зачем же я писал письмо?» — спросил он себя.