Неточные совпадения
Мало того, она даже юридически чрезвычайно много понимала и имела положительное знание, если не света, то о том по крайней мере, как некоторые
дела текут на свете; во-вторых, это был совершенно не тот характер, как прежде, то есть не что-то робкое, пансионски неопределенное, иногда очаровательное по своей оригинальной резвости и наивности, иногда
грустное и задумчивое, удивленное, недоверчивое, плачущее и беспокойное.
И вот, в тот же
день вам передают
грустную и подымающую сердце историю об обиженной женщине, передают вам, то есть рыцарю, девственнику — и о женщине!
Прежде, то есть несколько
дней назад, она, при свиданиях с ним, употребляла все усилия, чтобы развеселить его, боялась ужасно его
грустного вида: пробовала даже петь ему; всего же чаще рассказывала ему всё, что могла запомнить смешного.
«Мне нужно переговорить с вами о важном и
грустном деле. Там мы условимся, где. Лучше всего у меня, где я велю приготовить ваш чай. Необходимо. Он налагает крест, но Он дает и силы», прибавила она, чтобы хоть немного приготовить его.
В один из тех теплых, но
грустных дней, когда осеннее солнце, прощаясь с обедневшей землей, как бы хочет напомнить о летней, животворящей силе своей, дети играли в саду. Клим был более оживлен, чем всегда, а Борис настроен добродушней. Весело бесились Лидия и Люба, старшая Сомова собирала букет из ярких листьев клена и рябины. Поймав какого-то запоздалого жука и подавая его двумя пальцами Борису, Клим сказал:
Вскоре общественное внимание было привлечено делом Волынского, окончившемся казнью кабинет-министра. Густав Бирон не принимал ни малейшего участия в этом
грустном деле, весь снова отдавшись полку и службе. Гибель Волынского, конечно, не могла не заставить его еще глубже уверовать в несокрушимую мощь своего брата и совершенно успокоиться за свое будущее. Густав Бирон увлекся прелестями фрейлины Якобины Менгден и решился прекратить свое вдовство. В сентябре 1740 года он торжественно обручился с ней.
Неточные совпадения
И еще
грустнее становилось ему потом, и, веря тому, что нет на земле счастья, оставался он на целый
день скучным и безответным.
— Вы приедете ко мне, — сказала графиня Лидия Ивановна, помолчав, — нам надо поговорить о
грустном для вас
деле. Я всё бы дала, чтоб избавить вас от некоторых воспоминаний, но другие не так думают. Я получила от нее письмо. Она здесь, в Петербурге.
Это, однако, не помешало ему умереть в тот же
день, не дождавшись уездного врача, которому при виде его едва остывшего тела осталось только с
грустным сознаньем бренности всего земного потребовать «водочки с балычком».
Он приподнялся, опираясь на локоть, и посмотрел в ее лицо с полуоткрытым ртом, с черными тенями в глазницах, дышала она тяжело, неровно, и было что-то очень
грустное в этом маленьком лице,
днем — приятно окрашенном легким румянцем, а теперь неузнаваемо обесцвеченном.
Сердце его исполнено было печальных предчувствий, он боялся уже не застать отца в живых, он воображал
грустный образ жизни, ожидающий его в деревне, глушь, безлюдие, бедность и хлопоты по
делам, в коих он не знал никакого толку.