Неточные совпадения
— Своего
положения? — подсказал Ганя затруднившемуся генералу. — Она понимает; вы на нее не сердитесь. Я, впрочем, тогда же намылил голову, чтобы
в чужие дела не совались. И, однако, до сих пор всё тем только у нас
в доме и держится, что последнего слова еще не сказано, а гроза грянет. Если сегодня скажется последнее слово, стало быть, и все скажется.
Ему показалось возможным одно только объяснение, что гордость «оскорбленной и фантастической женщины» доходит уже до такого исступления, что ей скорее приятнее выказать раз свое презрение
в отказе, чем навсегда определить свое
положение и достигнуть недосягаемого величия.
Оба приехали к Настасье Филипповне, и Тоцкий прямехонько начал с того, что объявил ей о невыносимом ужасе своего
положения; обвинил он себя во всем; откровенно сказал, что не может раскаяться
в первоначальном поступке с нею, потому что он сластолюбец закоренелый и
в себе не властен, но что теперь он хочет жениться, и что вся судьба этого
в высшей степени приличного и светского брака
в ее руках; одним словом, что он ждет всего от ее благородного сердца.
Очевидно, князя представляли как что-то редкое (и пригодившееся всем как выход из фальшивого
положения), чуть не совали к Настасье Филипповне; князь ясно даже услышал слово «идиот», прошептанное сзади его, кажется, Фердыщенкой,
в пояснение Настасье Филипповне.
Завидев их, он привстал, любезно кивнул издали головой генералу, подал знак, чтобы не прерывали чтения, а сам успел отретироваться за кресла, где, облокотясь левою рукой на спинку, продолжал слушать балладу уже, так сказать,
в более удобном и не
в таком «смешном»
положении, как сидя
в креслах.
Но, во-первых, меня ужасно поразило, что существует «сын Павлищева» и существует
в таком ужасном
положении, как объяснил мне Чебаров.
Я сам тоже был
в таком
положении до отъезда
в Швейцарию, также лепетал бессвязные слова, — хочешь выразиться, и не можешь…
Ему обидно, ему и без того теперь тяжело, он
в неловком
положении, вы должны были угадать, понять это…
Да не был бы ты тогда
в таком
положении, что об одном только и способен был думать, так, может быть, и ножа бы на меня не поднял.
Ибо тогда, как пишут и утверждают писатели, всеобщие голода
в человечестве посещали его
в два года раз или по крайней мере
в три года раз, так что при таком
положении вещей человек прибегал даже к антропофагии, хотя и сохраняя секрет.
— Если я… — начал он, поминутно обрывая и перескакивая, — я так вам благодарен и так виноват пред вами… я… вы видите… — он опять указал на комнату, —
в настоящую минуту я нахожусь
в таком
положении…
Не понимаю, почему людям
в таком же, как я,
положении не приходит такая же мысль
в голову, хоть бы только для шутки?
— Без всякого сомнения,
в этом главный вопрос; вы удивительно точно находите слова и мысли и определяете
положения, сиятельнейший князь.
Князь смутился. Ему, как и очень многим
в его
положении, казалось, что решительно никто ничего не видит, не догадывается и не понимает.
Князь высказал свою фразу из прописей
в твердой уверенности, что она произведет прекрасное действие. Он как-то инстинктивно догадался, что какою-нибудь подобною, пустозвонною, но приятною, фразой, сказанною кстати, можно вдруг покорить и умирить душу такого человека и особенно
в таком
положении, как генерал. Во всяком случае, надо было отпустить такого гостя с облегченным сердцем, и
в том была задача.
— Нисколько, нимало, многоуважаемый и лучезарнейший князь, нимало! — восторженно вскричал Лебедев, прикладывая руку к сердцу, — а, напротив, именно и тотчас постиг, что ни
положением в свете, ни развитием ума и сердца, ни накоплением богатств, ни прежним поведением моим, ниже познаниями, — ничем вашей почтенной и высоко предстоящей надеждам моим доверенности не заслуживаю; а что если и могу служить вам, то как раб и наемщик, не иначе… я не сержусь, а грущу-с.
В настоящем
положении своем старик мог опомниться, не
в меру устыдиться, заподозрить князя
в безмерном сострадании к нему, оскорбиться.
— Что делать — судьба! — вскидывал плечами генерал, и долго еще он повторял это полюбившееся ему словечко. Прибавим, что, как деловому человеку, ему тоже многое чрезвычайно не понравилось
в настоящем
положении всех этих вещей, а главное — неясность дела; но до времени он тоже решился молчать и глядеть…
в глаза Лизавете Прокофьевне.
— Вы хотите воспользоваться моим
положением… что я у вас
в доме, — смешно и неловко продолжала Аглая.
—
В этом
положении виноваты вы, а не я! — вспыхнула вдруг Настасья Филипповна. — Не вы мною приглашены, а я вами, и до сих пор не знаю зачем?
Прошло две недели после события, рассказанного
в последней главе, и
положение действующих лиц нашего рассказа до того изменилось, что нам чрезвычайно трудно приступать к продолжению без особых объяснений.
Чтобы не ставить себя еще
в более фальшивое
положение, лучше постараемся объясниться на примере и, может быть, благосклонный читатель поймет,
в чем именно мы затрудняемся, тем более что этот пример не будет отступлением, а, напротив, прямым и непосредственным продолжением рассказа.
Между прочим, отчасти по его старанию, устроилась и дальнейшая судьба князя: давно уже отличил он, между всеми лицами, которых узнал
в последнее время, Евгения Павловича Радомского; он первый пошел к нему и передал ему все подробности совершившегося события, какие знал, и о настоящем
положении князя.
Неточные совпадения
Случись же так, что, как нарочно,
в то время, когда господа чиновники и без того находились
в затруднительном
положении, пришли к губернатору разом две бумаги.
Итак, вот
в каком
положении вновь очутился герой наш!
И что по существующим
положениям этого государства,
в славе которому нет равного, ревизские души, окончивши жизненное поприще, числятся, однако ж, до подачи новой ревизской сказки наравне с живыми, чтоб таким образом не обременить присутственные места множеством мелочных и бесполезных справок и не увеличить сложность и без того уже весьма сложного государственного механизма…
Но
в продолжение того, как он сидел
в жестких своих креслах, тревожимый мыслями и бессонницей, угощая усердно Ноздрева и всю родню его, и перед ним теплилась сальная свечка, которой светильня давно уже накрылась нагоревшею черною шапкою, ежеминутно грозя погаснуть, и глядела ему
в окна слепая, темная ночь, готовая посинеть от приближавшегося рассвета, и пересвистывались вдали отдаленные петухи, и
в совершенно заснувшем городе, может быть, плелась где-нибудь фризовая шинель, горемыка неизвестно какого класса и чина, знающая одну только (увы!) слишком протертую русским забубенным народом дорогу, —
в это время на другом конце города происходило событие, которое готовилось увеличить неприятность
положения нашего героя.
Положение их
в первую минуту было похоже на
положение школьника, которому сонному товарищи, вставшие поранее, засунули
в нос гусара, то есть бумажку, наполненную табаком.