Неточные совпадения
Впрочем, известно, что человек, слишком увлекшийся страстью, особенно если он
в летах, совершенно слепнет и готов подозревать
надежду там, где вовсе ее и нет; мало того, теряет рассудок и действует как глупый ребенок, хотя бы и
был семи пядей во лбу.
Визит этот
был для него, впрочем,
в некотором отношении рискованным. Он затруднялся и колебался. Он знал про дом, что он находится
в Гороховой, неподалеку от Садовой, и положил идти туда,
в надежде, что, дойдя до места, он успеет наконец решиться окончательно.
Яснее всего
было то, что к нему теперь заходили (и именно князь Щ.)
в надежде каких-нибудь разъяснений; если так, то его прямо считают участником
в интриге.
— Вы напрасно слишком жалеете брата, — заметил ему князь, — если уж до того дошло дело, стало
быть, Гаврила Ардалионович опасен
в глазах Лизаветы Прокофьевны, а, стало
быть, известные
надежды его утверждаются.
— Как, какие
надежды! —
в изумлении вскричал Коля. — Уж не думаете ли вы, что Аглая… этого
быть не может!
— Трудно объяснить, только не тех, про какие вы теперь, может
быть, думаете, —
надежд… ну, одним словом,
надежд будущего и радости о том, что, может
быть, я там не чужой, не иностранец. Мне очень вдруг на родине понравилось.
В одно солнечное утро я взял перо и написал к ней письмо; почему к ней — не знаю. Иногда ведь хочется друга подле; и мне, видно, друга захотелось… — помолчав, прибавил князь.
Я сказал этим бедным людям, чтоб они постарались не иметь никаких на меня
надежд, что я сам бедный гимназист (я нарочно преувеличил унижение; я давно кончил курс и не гимназист), и что имени моего нечего им знать, но что я пойду сейчас же на Васильевский остров к моему товарищу Бахмутову, и так как я знаю наверно, что его дядя, действительный статский советник, холостяк и не имеющий детей, решительно благоговеет пред своим племянником и любит его до страсти, видя
в нем последнюю отрасль своей фамилии, то, «может
быть, мой товарищ и сможет сделать что-нибудь для вас и для меня, конечно, у своего дяди…»
Эти люди, окружавшие умершего, которых тут нет ни одного на картине, должны
были ощутить страшную тоску и смятение
в тот вечер, раздробивший разом все их
надежды и почти что верования.
— Стало
быть, сам видишь, что и мимо его всё уже известно. Да и чего тебе теперь? Чего надеешься? А если б и оставалась еще
надежда, то это бы только страдальческий вид тебе
в ее глазах придало.
Всё это
было подозрительно и нечисто. Дворник, очень могло
быть, успел
в этот промежуток получить новые инструкции: давеча даже
был болтлив, а теперь просто отворачивается. Но князь решил еще раз зайти часа через два и даже постеречь у дома, если надо
будет, а теперь оставалась еще
надежда у немки, и он поскакал
в Семеновский полк.
Этого довольно, чтоб открыть глаза слепому. Но ее спас сам Молчалин, то есть его ничтожество. Она в увлечении поспешила нарисовать его портрет во весь рост, может
быть в надежде примирить с этой любовью не только себя, но и других, даже Чацкого, не замечая, как портрет выходит пошл:
— Потому и прошу, — ответил Морковников. — А тебе еще на три дня вздумалось откладывать. Ну как в три-то дня до трех рублей добежит?.. Тогда уж мне больно накладно будет, Никита Федорыч. Я
был в надежде на твое слово… Больше всякого векселя верю ему. Так уж и ты не обидь меня. Всего бы лучше сейчас же по рукам из двух рублей сорока… Условийцо бы написали, маклерская отсель недалече, и было б у нас с тобой дело в шляпе…
Неточные совпадения
Как рано мог он лицемерить, // Таить
надежду, ревновать, // Разуверять, заставить верить, // Казаться мрачным, изнывать, // Являться гордым и послушным, // Внимательным иль равнодушным! // Как томно
был он молчалив, // Как пламенно красноречив, //
В сердечных письмах как небрежен! // Одним дыша, одно любя, // Как он умел забыть себя! // Как взор его
был быстр и нежен, // Стыдлив и дерзок, а порой // Блистал послушною слезой!
Татьяна, милая Татьяна! // С тобой теперь я слезы лью; // Ты
в руки модного тирана // Уж отдала судьбу свою. // Погибнешь, милая; но прежде // Ты
в ослепительной
надежде // Блаженство темное зовешь, // Ты негу жизни узнаешь, // Ты
пьешь волшебный яд желаний, // Тебя преследуют мечты: // Везде воображаешь ты // Приюты счастливых свиданий; // Везде, везде перед тобой // Твой искуситель роковой.
И чье-нибудь он сердце тронет; // И, сохраненная судьбой, //
Быть может,
в Лете не потонет // Строфа, слагаемая мной; //
Быть может (лестная
надежда!), // Укажет будущий невежда // На мой прославленный портрет // И молвит: то-то
был поэт! // Прими ж мои благодаренья, // Поклонник мирных аонид, // О ты, чья память сохранит // Мои летучие творенья, // Чья благосклонная рука // Потреплет лавры старика!
Да, может
быть, боязни тайной, // Чтоб муж иль свет не угадал // Проказы, слабости случайной… // Всего, что мой Онегин знал… //
Надежды нет! Он уезжает, // Свое безумство проклинает — // И,
в нем глубоко погружен, // От света вновь отрекся он. // И
в молчаливом кабинете // Ему припомнилась пора, // Когда жестокая хандра // За ним гналася
в шумном свете, // Поймала, за ворот взяла // И
в темный угол заперла.
Упала… // «Здесь он! здесь Евгений! // О Боже! что подумал он!» //
В ней сердце, полное мучений, // Хранит
надежды темный сон; // Она дрожит и жаром пышет, // И ждет: нейдет ли? Но не слышит. //
В саду служанки, на грядах, // Сбирали ягоду
в кустах // И хором по наказу
пели // (Наказ, основанный на том, // Чтоб барской ягоды тайком // Уста лукавые не
ели // И пеньем
были заняты: // Затея сельской остроты!).