После душной ямы, после судов, кандалов и палок бродят они по всей своей воле, где захотят, где попригляднее и повольготнее; пьют и
едят где что удастся, что бог пошлет, а по ночам мирно засыпают где-нибудь в лесу или в поле, без большой заботы, без тюремной тоски, как лесные птицы, прощаясь на ночь с одними звездами небесными, под божиим оком.
Неточные совпадения
В каком другом месте,
где русский народ собирается в больших массах, отделите вы от него кучу в двести пятьдесят человек, из которых половина
была бы грамотных?
Зимний день
был короток, работа кончалась скоро, и весь наш люд возвращался в острог рано,
где ему почти бы нечего
было делать, если б не случалось кой-какой своей работы.
Тяжело переносить первый день заточения,
где бы то ни
было: в остроге ли, в каземате ли, в каторге ли…
Внушаемый арестантами страх повсеместен,
где только
есть арестанты, и, право, не знаю, отчего он собственно происходит.
— Карантин — огороженное здание,
где содержались арестанты, изолированные по каким-либо причинам от остальных; шпунты (нем. Spund) — затычки, которыми закрывали бочки с неперебродившим вином,
пить шпунты —
пить прямо из бочки; играть на белендрясе — играть пальцами на губах, в переносном смысле — пустословить.] так что я не успел, братцы, настоящим образом в Москве разбогатеть.
Но говорил ли он, сидел ли молча, а все-таки видно
было, что он так только, мимоходом, что где-то там
есть дело и там его ждут.
За копейку тот уступил свое место, немедленно получил от Петрова деньги, которые тот нес, зажав в кулаке, предусмотрительно взяв их с собою в баню, и тотчас же юркнул под лавку прямо под мое место,
где было темно, грязно и
где липкая сырость наросла везде чуть не на полпальца.
На всем полу не
было местечка в ладонь,
где бы не сидели скрючившись арестанты, плескаясь из своих шаек.
Но прошлого года на Рождестве майор
был не в духе: где-то проигрался, да и в остроге к тому же нашалили, вот он и запретил со зла, а теперь, может
быть, не захочет стеснять.
Сказала она мне тоже, что послезавтра, в воскресенье, он их обеих утром на кофе звал и что
будет еще один родственник, старик, прежде
был купец, а теперь бедный-пребедный, где-то в подвале надсмотрщиком служит.
Такому человеку, как плац-майор, надо
было везде кого-нибудь придавить, что-нибудь отнять, кого-нибудь лишить права, одним словом — где-нибудь произвести распорядок.
Приедет дежурный: «
Где караульный офицер?» — «Пошел в острог арестантов считать, казармы запирать», — ответ прямой, и оправдание прямое. Таким образом, караульные офицеры каждый вечер в продолжение всего праздника позволяли театр и не запирали казарм вплоть до вечерней зари. Арестанты и прежде знали, что от караула не
будет препятствия, и
были покойны.
Нас, меня и Петрова, тотчас же пропустили вперед, почти к самым скамейкам,
где было гораздо виднее, чем в задних рядах.
Я поместился в углу, на той стороне,
где были окна.
— Так-с. И мы тоже-с. Тут у меня еще двое благоприятелей, говорит, тоже у генерала Кукушкина [То
есть в лесу,
где поет кукушка. Он хочет сказать, что они тоже бродяги. (Примеч. автора.)] служат. Так вот смею спросить, мы вот подкутили маненько да и деньжонками пока не разжились. Полштофика благоволите нам.
Салфет вашей милости, чисто ходишь,
где берешь, дай подписку, с кем живешь!» — да только и сказал; а она как посмотрела на меня, такие у ней большие глаза-то
были, а сама похудела, как щепка.
Говорят, он
был женат, и даже раза два; говорили, что у него
есть где-то дети…
Характера он
был пылкого и восторженного, как и всякий щенок, который от радости, что видит хозяина, обыкновенно навизжит, накричит, полезет лизать в самое лицо и тут же перед вами готов не удержать и всех остальных чувств своих: «
Был бы только виден восторг, а приличия ничего не значат!» Бывало,
где бы я ни
был, но по крику: «Культяпка!» — он вдруг являлся из-за какого-нибудь угла, как из-под земли, и с визгливым восторгом летел ко мне, катясь, как шарик, и перекувыркиваясь дорогою.
Образованных из них
было только трое: Б-кий, М-кий и старик Ж-кий, бывший прежде где-то профессором математики, […старик Ж-кий, бывший прежде где-то профессором математики…
Он должен
был прийти прямо из кордегардии,
где его наказывали.
Этот пример только показывает, что можно нарваться на лихого человека, и, конечно,
будь этот лихой человек где-нибудь отдельным и старшим командиром, то участь ссыльного, в случае, если б его особенно невзлюбил этот лихой командир,
была бы очень плохо обеспечена.
Следственно, по тому месту,
где я
был, мне кажется, я могу судить в этом отношении и о всей Сибири.
Надо
было переодеться в обывательский костюм, а для этого сначала пробраться в форштадт,
где у Куликова издавна
был притон.
В случае обыска
были бы непременно запросы: «Откуда книги?
где взял?
Нам должно было спускаться еще верст пять по обледеневшим скалам и топкому снегу, чтоб достигнуть станции Коби. Лошади измучились, мы продрогли; метель гудела сильнее и сильнее, точно наша родимая, северная; только ее дикие напевы были печальнее, заунывнее. «И ты, изгнанница, — думал я, — плачешь о своих широких, раздольных степях! Там
есть где развернуть холодные крылья, а здесь тебе душно и тесно, как орлу, который с криком бьется о решетку железной своей клетки».
Дальнейшее тридцатиоднодневное плавание по Индийскому океану было довольно однообразно. Начало мая не лучше, как у нас: небо постоянно облачно; редко проглядывало солнце. Ни тепло, ни холодно. Некоторые, однако ж, оделись в суконные платья — и умно сделали. Я упрямился, ходил в летнем, зато у меня не раз схватывало зубы и висок. Ожидали зюйд-вестовых ветров и громадного волнения, которому
было где разгуляться в огромном бассейне, чистом от самого полюса; но ветры стояли нордовые и все-таки благоприятные.
Неточные совпадения
Хлестаков. Скажите, пожалуйста, нет ли у вас каких-нибудь развлечений, обществ,
где бы можно
было, например, поиграть в карты?
Бобчинский. Возле будки,
где продаются пироги. Да, встретившись с Петром Ивановичем, и говорю ему: «Слышали ли вы о новости-та, которую получил Антон Антонович из достоверного письма?» А Петр Иванович уж услыхали об этом от ключницы вашей Авдотьи, которая, не знаю, за чем-то
была послана к Филиппу Антоновичу Почечуеву.
Городничий. Ступай на улицу… или нет, постой! Ступай принеси… Да другие-то
где? неужели ты только один? Ведь я приказывал, чтобы и Прохоров
был здесь.
Где Прохоров?
Осип. Да
где ж ему
быть, табаку? Вы четвертого дня последнее выкурили.
Так вот как, Анна Андреевна, а? Как же мы теперь,
где будем жить? здесь или в Питере?