Остальной люд в нашей казарме состоял из четырех старообрядцев, стариков и начетчиков, между которыми был и старик из Стародубовских слобод; из двух-трех малороссов, мрачных людей, из молоденького каторжного, с тоненьким личиком и с тоненьким носиком, лет двадцати трех, уже убившего восемь душ, из кучки фальшивых монетчиков, из которых один был потешник всей нашей казармы, и, наконец, из нескольких мрачных и угрюмых личностей, обритых и обезображенных, молчаливых и завистливых, с ненавистью смотревших исподлобья кругом себя и намеревавшихся так смотреть, хмуриться, молчать и ненавистничать еще долгие годы — весь срок своей каторги.
Старичок из стародубовских старообрядцев, вздремнув немного, полез на печку, развернул свою книгу и промолился до глубокой ночи, почти не прерывая молитвы.
Раскольники, называющие себя «старообрядцами» или «староверами», т. е. все те, которые отделились от церковного единения по поводу исправления обрядов, произведенного патриархом Никоном, иначе все отделы поповщины и беспоповщины, не принимают икон живописных и нового письма, но старым, а некоторые толки даже и новым, но иконописным, поклоняются.
На наших вторниках перебывали очень разнообразные люди, принадлежавшие к самым противоположным направлениям, от социал-демократов, меньшевиков, до людей консервативного образа мыслей, бывали православные, католики, антропософы, старообрядцы, свободомыслящие социал-демократы.
Стр. 100. Единоверие — воссоединение старообрядцев с православной церковью, по которому старообрядцам было разрешено совершать богослужение по старопечатным книгам и по своим обрядам при условии, что в иерархическом отношении они будут подчиняться православной церкви.
В 1908 году на Ботчи было 6 юрт с населением в 46 человек (15 мужчин, 11 женщин, 12 девочек и 8 мальчиков). Через два года туда переселился старовер Долганов; его примеру последовали другие старообрядцы. Так образовалась деревня, сохранившая название Гроссевичи. В 1927 году в ней было до 150 человек обоего пола.
Поскольку любое знание всегда неотделимо от своих носителей, от той среды, в которой оно формировалось, я хочу, перед тем, как перейти к рассказу о самой системе целительства, рассказать о том, в каком мире жили старообрядцы и какие выстраивали с ним отношения.
Тем временем преследование старообрядцев углубляло церковный раскол.
Но, наверное, точное число старообрядцев в разные периоды назвать никто не сможет, так как записи хранителям древнего благочестия делать запрещали.
Поскольку любое знание всегда неотделимо от своих носителей, от той среды, в которой оно формировалось, я хочу, перед тем, как перейти к рассказу о самой системе целительства, рассказать о том, в каком мире жили старообрядцы и какие выстраивали с ним отношения.
