Неточные совпадения
Но Григорий Васильевич не приходит-с, потому служу им теперь в комнатах один я-с — так они сами определили с
той самой минуты, как начали эту затею с Аграфеной Александровной, а на ночь так и я теперь, по ихнему распоряжению, удаляюсь и ночую
во флигеле, с
тем чтобы до полночи мне не
спать, а дежурить, вставать и двор обходить, и ждать, когда Аграфена Александровна придут-с, так как они вот уже несколько дней ее ждут, словно как помешанные.
Это была
та самая ночь, а может, и
тот самый час, когда Алеша,
упав на землю, «исступленно клялся любить ее
во веки веков».
Он мог очнуться и встать от глубокого сна (ибо он был только
во сне: после припадков падучей болезни всегда
нападает глубокий сон) именно в
то мгновение, когда старик Григорий, схватив за ногу на заборе убегающего подсудимого, завопил на всю окрестность: «Отцеубивец!» Крик-то этот необычайный, в тиши и
во мраке, и мог разбудить Смердякова, сон которого к
тому времени мог быть и не очень крепок: он, естественно, мог уже час
тому как начать просыпаться.
О, Алеша знал и еще одну ужасную причину ее теперешней муки, как ни скрывала она ее от него
во все эти дни после осуждения Мити; но ему почему-то было бы слишком больно, если б она до
того решилась
пасть ниц, что заговорила бы с ним сама, теперь, сейчас, и об этой причине.
Матвей снова размахнулся, но заступ увяз в чём-то, вырвался из его рук, тяжёлый удар в живот сорвал юношу с земли, он
упал во тьму и очнулся от боли — что-то тяжёлое топтало пальцы его руки.
Когда он еще только входил в низкую сводчатую дверь колокольни и сразу
попадал во тьму и сухой холод каменных переходов, он чувствовал себя отрешенным от всего, что составляло его жизнь, и готовым к восприятию чего-то великого, радостного и таинственного, чего нельзя передать словами.
Неточные совпадения
Сие глубокое творенье // Завез кочующий купец // Однажды к ним в уединенье // И для Татьяны наконец // Его с разрозненной Мальвиной // Он уступил за три с полтиной, // В придачу взяв еще за них // Собранье басен площадных, // Грамматику, две Петриады, // Да Мармонтеля третий
том. // Мартын Задека стал потом // Любимец Тани… Он отрады //
Во всех печалях ей дарит // И безотлучно с нею
спит.
Но муж любил ее сердечно, // В ее затеи не входил, //
Во всем ей веровал беспечно, // А сам в халате ел и пил; // Покойно жизнь его катилась; // Под вечер иногда сходилась // Соседей добрая семья, // Нецеремонные друзья, // И потужить, и позлословить, // И посмеяться кой о чем. // Проходит время; между
тем // Прикажут Ольге чай готовить, // Там ужин, там и
спать пора, // И гости едут со двора.
Теперь прошу особенного внимания: представьте себе, что если б ему удалось теперь доказать, что Софья Семеновна — воровка,
то, во-первых, он доказал бы моей сестре и матери, что был почти прав в своих подозрениях; что он справедливо рассердился за
то, что я поставил на одну доску мою сестру и Софью Семеновну, что,
нападая на меня, он защищал, стало быть, и предохранял честь моей сестры, а своей невесты.
С криком вырвался кто-то внизу из какой-то квартиры и не
то что побежал, а точно
упал вниз, по лестнице, крича
во всю глотку:
Иначе расскажу // Всю правду батюшке, с досады. // Вы знаете, что я собой не дорожу. // Подите. — Стойте, будьте рады, // Что при свиданиях со мной в ночной тиши // Держались более вы робости
во нраве, // Чем даже днем, и при людя́х, и въяве; // В вас меньше дерзости, чем кривизны души. // Сама довольна
тем, что ночью всё узнала, // Нет укоряющих свидетелей в глазах, // Как давеча, когда я в обморок
упала, // Здесь Чацкий был…