Неточные совпадения
Она в бессилии закрыла глаза и вдруг как бы заснула на одну минуту. Колокольчик в самом
деле звенел где-то в отдалении и вдруг перестал звенеть. Митя склонился головою к ней на грудь. Он не заметил, как перестал звенеть колокольчик, но не заметил и того, как вдруг перестали и песни, и на место песен и пьяного гама во всем доме воцарилась как бы внезапно мертвая тишина. Грушенька
открыла глаза.
— А вы и не знали! — подмигнул ему Митя, насмешливо и злобно улыбнувшись. — А что, коль не скажу? От кого тогда узнать? Знали ведь о знаках-то покойник, я да Смердяков, вот и все, да еще небо знало, да оно ведь вам не скажет. А фактик-то любопытный, черт знает что на нем можно соорудить, ха-ха! Утешьтесь, господа,
открою, глупости у вас на уме. Не знаете вы, с кем имеете
дело! Вы имеете
дело с таким подсудимым, который сам на себя показывает, во вред себе показывает! Да-с, ибо я рыцарь чести, а вы — нет!
Все это самое и весь разговор наш предыдущий с вами-с, накануне того
дня вечером у ворот-с, как я вам тогда мой страх сообщил и про погреб-с, — все это я в подробности
открыл господину доктору Герценштубе и следователю Николаю Парфеновичу, и все они в протокол записали-с.
Я ведь знаю, тут есть секрет, но секрет мне ни за что не хотят
открыть, потому что я, пожалуй, тогда, догадавшись, в чем
дело, рявкну «осанну», и тотчас исчезнет необходимый минус и начнется во всем мире благоразумие, а с ним, разумеется, и конец всему, даже газетам и журналам, потому что кто ж на них тогда станет подписываться.
Он все мне
открывал, все, он приходил ко мне и говорил со мной каждый
день как с единственным другом своим.
Он мне еще за три
дня перед тем
открыл все главное — вот тогда-то мы и начали ссориться и с тех пор все три
дня ссорились.
Сегодня дала взятку Аллилуе, и у меня осталось только триста рублей. На них мы
откроем дело. Квартира — это все, что есть у нас, и я выжму из нее все. К Рождеству мы будем в Париже.
«Не надо, не надо», сказал он себе, вскочил, подошел к столу,
открыл дело, стал читать его, но не мог. Он отпер дверь, пошел в залу. Дверь в гостиную была затворена. Он подошел к ней на цыпочках и стал слушать.
Неточные совпадения
Привычка усладила горе, // Не отразимое ничем; // Открытие большое вскоре // Ее утешило совсем: // Она меж
делом и досугом //
Открыла тайну, как супругом // Самодержавно управлять, // И всё тогда пошло на стать. // Она езжала по работам, // Солила на зиму грибы, // Вела расходы, брила лбы, // Ходила в баню по субботам, // Служанок била осердясь — // Всё это мужа не спросясь.
В те
дни, когда в садах Лицея // Я безмятежно расцветал, // Читал охотно Апулея, // А Цицерона не читал, // В те
дни в таинственных долинах, // Весной, при кликах лебединых, // Близ вод, сиявших в тишине, // Являться муза стала мне. // Моя студенческая келья // Вдруг озарилась: муза в ней //
Открыла пир младых затей, // Воспела детские веселья, // И славу нашей старины, // И сердца трепетные сны.
— А я, признаюсь, как только вы
открыли рот, я уже смекнула, в чем
дело, — отвечала дама приятная во всех отношениях.
— Да, мошенник какой-то! Он и векселя тоже скупает. Промышленник. Да черт с ним! Я ведь на что злюсь-то, понимаешь ты это? На рутину их дряхлую, пошлейшую, закорузлую злюсь… А тут, в одном этом
деле, целый новый путь
открыть можно. По одним психологическим только данным можно показать, как на истинный след попадать должно. «У нас есть, дескать, факты!» Да ведь факты не всё; по крайней мере половина
дела в том, как с фактами обращаться умеешь!
Говорят вон, в Севастополе, сейчас после Альмы, [После поражения русской армии в сражении на реке Альме 8 сентября 1854 г. во время Крымской войны (1853–1856).] умные-то люди уж как боялись, что вот-вот атакует неприятель открытою силой и сразу возьмет Севастополь; а как увидели, что неприятель правильную осаду предпочел и первую параллель
открывает, так куды, говорят, обрадовались и успокоились умные-то люди-с: по крайности на два месяца, значит,
дело затянулось, потому когда-то правильной-то осадой возьмут!