Неточные совпадения
«Если бы
ноги не
болели, я бы вам, говорит, протанцевал один танец».
Конечно, он хотел только глянуть с крылечка, потому что ходить был не в силах,
боль в пояснице и в правой
ноге была нестерпимая.
— Я для чего пришла? — исступленно и торопливо начала она опять, —
ноги твои обнять, руки сжать, вот так до
боли, помнишь, как в Москве тебе сжимала, опять сказать тебе, что ты Бог мой, радость моя, сказать тебе, что безумно люблю тебя, — как бы простонала она в муке и вдруг жадно приникла устами к руке его. Слезы хлынули из ее глаз.
— Конечно, назад, да зачем назначать? Сама мне, ведьма, час назначила. Мне ведь крюк. Да и куда, к черту, ей шляться, не понимаю? Круглый год сидит, ведьма, киснет,
ноги болят, а тут вдруг и на гулянье!
Если б не мешало нездоровье, —
ноги болят, ходить не могу, — так я сам, лично явился бы на квартиру вашу для этой беседы.
— Вот я и домой пришел! — говорил он, садясь на лавку у дверей и не обращая никакого внимания на присутствующих. — Вишь, как растянул вражий сын, сатана, дорогу! Идешь, идешь, и конца нет! Ноги как будто переломал кто-нибудь. Достань-ка там, баба, тулуп, подостлать мне. На печь к тебе не приду, ей-богу, не приду:
ноги болят! Достань его, там он лежит, близ покута; гляди только, не опрокинь горшка с тертым табаком. Или нет, не тронь, не тронь! Ты, может быть, пьяна сегодня… Пусть, уже я сам достану.
Я шагал в полной тишине среди туманных призраков и вдруг почувствовал какую-то странную боль в левой ноге около щиколотки; боль эта стала в конце концов настолько сильной, что заставила меня остановиться. Я оглядывался, куда бы присесть, чтоб переобуться, но скамейки нигде не было видно, а
нога болела нестерпимо.
Неточные совпадения
— Бессонница. Все поясница
болит, и
нога, что повыше косточки, так вот и ломит.
Он приподнялся с усилием. Голова его
болела; он встал было на
ноги, повернулся в своей каморке и упал опять на диван.
Ему приятно было чувствовать эту легкую
боль в сильной
ноге, приятно было мышечное ощущение движений своей груди при дыхании.
Либеральная партия говорила или, лучше, подразумевала, что религия есть только узда для варварской части населения, и действительно, Степан Аркадьич не мог вынести без
боли в
ногах даже короткого молебна и не мог понять, к чему все эти страшные и высокопарные слова о том свете, когда и на этом жить было бы очень весело.
Одна мысль эта так раздражала Алексея Александровича, что, только представив себе это, он замычал от внутренней
боли и приподнялся и переменил место в карете и долго после того, нахмуренный, завертывал свои зябкие и костлявые
ноги пушистым пледом.