Неточные совпадения
Приезжал ко мне
доктор Герценштубе, по доброте своего сердца, осматривал их обеих целый час: «Не понимаю, говорит, ничего», а, однако же, минеральная вода, которая в аптеке здешней есть (прописал он ее), несомненную пользу ей принесет, да ванны ножные из лекарств тоже ей прописал.
— Продолжает лежать в бреду, она не очнулась; ее тетки здесь и только ахают и надо мной гордятся, а Герценштубе
приехал и так испугался, что я не знала, что с ним и делать и чем его спасти, хотела даже послать за
доктором.
Приедет, бывало,
доктор — старик немец Эйзеншмидт ездил: «Ну что,
доктор, проживу я еще денек-то на свете?» — шутит, бывало, с ним.
Но зато в этот день, то есть в это воскресенье утром, у штабс-капитана ждали одного нового
доктора,
приезжего из Москвы и считавшегося в Москве знаменитостью.
— Это мы втроем дали три тысячи, я, брат Иван и Катерина Ивановна, а
доктора из Москвы выписала за две тысячи уж она сама. Адвокат Фетюкович больше бы взял, да дело это получило огласку по всей России, во всех газетах и журналах о нем говорят, Фетюкович и согласился больше для славы
приехать, потому что слишком уж знаменитое дело стало. Я его вчера видел.
Ах да, ну так вот этот аффект: этот
доктор и
приехал.
Вы знаете, что
приехал доктор?
Кстати, уже всем почти было известно в городе, что
приезжий знаменитый врач в какие-нибудь два-три дня своего у нас пребывания позволил себе несколько чрезвычайно обидных отзывов насчет дарований
доктора Герценштубе.
— О да, я сам был тогда еще молодой человек… Мне… ну да, мне было тогда сорок пять лет, а я только что сюда
приехал. И мне стало тогда жаль мальчика, и я спросил себя: почему я не могу купить ему один фунт… Ну да, чего фунт? Я забыл, как это называется… фунт того, что дети очень любят, как это — ну, как это… — замахал опять
доктор руками, — это на дереве растет, и его собирают и всем дарят…
Приезжий доктор, по моей просьбе, его осматривал третьего дня и сказал мне, что он близок к горячке, — все чрез него, все чрез изверга!
Затем помню, как появился
приезжий московский
доктор.
Алексей Александрович не знал, что его друг Лидия Ивановна, заметив, что здоровье Алексея Александровича нынешний год нехорошо, просила
доктора приехать и посмотреть больного.
— А то здесь другой
доктор приезжает к больному, — продолжал с каким-то отчаяньем Василий Иванович, — а больной уже ad patres; [Отправился к праотцам (лат.).] человек и не пускает доктора, говорит: теперь больше не надо. Тот этого не ожидал, сконфузился и спрашивает: «Что, барин перед смертью икал?» — «Икали-с». — «И много икал?» — «Много». — «А, ну — это хорошо», — да и верть назад. Ха-ха-ха!
— Вы простите, доктор, что обеспокоил вас! — сказал мужчина, быстро поднимаясь мне навстречу и протягивая руку. — Дело у меня известное — туберкулез и вследствие этого кровохаркание. Да вот, очень уж жена пристала, непременно чтоб
доктор приехал…
Неточные совпадения
Элегантный слуга с бакенбардами, неоднократно жаловавшийся своим знакомым на слабость своих нерв, так испугался, увидав лежавшего на полу господина, что оставил его истекать кровью и убежал за помощью. Через час Варя, жена брата,
приехала и с помощью трех явившихся
докторов, за которыми она послала во все стороны и которые
приехали в одно время, уложила раненого на постель и осталась у него ходить за ним.
— Да, он легкомыслен очень, — сказала княгиня, обращаясь к Сергею Ивановичу. — Я хотела именно просить вас поговорить ему, что ей (она указала на Кити) невозможно оставаться здесь, а непременно надо
приехать в Москву. Он говорит выписать
доктора…
Доктор, тот самый уездный лекарь, у которого не нашлось адского камня,
приехал и, осмотрев больного, посоветовал держаться методы выжидающей и тут же сказал несколько слов о возможности выздоровления.
Вот так-то раз
доктор сюда
приезжал; осматривать меня захотел.
Он выбежал в коридор, нашел слугу, спросил: нет ли в гостинице
доктора? Оказалось — есть: в 32 номере,
доктор Макаров, сегодня
приехал из-за границы.