Неточные совпадения
Все
же то, что изречено было старцем собственно
в сии последние часы жизни его, не определено
в точности, а дано лишь понятие о
духе и характере и сей беседы, если сопоставить с
тем, что приведено
в рукописи Алексея Федоровича из прежних поучений.
Дело
в том, что от гроба стал исходить мало-помалу, но чем далее,
тем более замечаемый тлетворный
дух, к трем
же часам пополудни уже слишком явственно обнаружившийся и все постепенно усиливавшийся.
Кроткий отец иеромонах Иосиф, библиотекарь, любимец покойного, стал было возражать некоторым из злословников, что «не везде ведь это и так» и что не догмат
же какой
в православии сия необходимость нетления телес праведников, а лишь мнение, и что
в самых даже православных странах, на Афоне например,
духом тлетворным не столь смущаются, и не нетление телесное считается там главным признаком прославления спасенных, а цвет костей их, когда телеса их полежат уже многие годы
в земле и даже истлеют
в ней, «и если обрящутся кости желты, как воск,
то вот и главнейший знак, что прославил Господь усопшего праведного; если
же не желты, а черны обрящутся,
то значит не удостоил такого Господь славы, — вот как на Афоне, месте великом, где издревле нерушимо и
в светлейшей чистоте сохраняется православие», — заключил отец Иосиф.
Он остановился и вдруг спросил себя: «Отчего сия грусть моя даже до упадка
духа?» — и с удивлением постиг тотчас
же, что сия внезапная грусть его происходит, по-видимому, от самой малой и особливой причины: дело
в том, что
в толпе, теснившейся сейчас у входа
в келью, заприметил он между прочими волнующимися и Алешу и вспомнил он, что, увидав его, тотчас
же почувствовал тогда
в сердце своем как бы некую боль.
Он был именно такого свойства ревнивец, что
в разлуке с любимою женщиной тотчас
же навыдумывал бог знает каких ужасов о
том, что с нею делается и как она ему там «изменяет», но, прибежав к ней опять, потрясенный, убитый, уверенный уже безвозвратно, что она успела-таки ему изменить, с первого
же взгляда на ее лицо, на смеющееся, веселое и ласковое лицо этой женщины, — тотчас
же возрождался
духом, тотчас
же терял всякое подозрение и с радостным стыдом бранил себя сам за ревность.
Пришел
в трактир он
в сквернейшем расположении
духа и тотчас
же начал партию. Партия развеселила его. Сыграл другую и вдруг заговорил с одним из партнеров о
том, что у Дмитрия Карамазова опять деньги появились, тысяч до трех, сам видел, и что он опять укатил кутить
в Мокрое с Грушенькой. Это было принято почти с неожиданным любопытством слушателями. И все они заговорили не смеясь, а как-то странно серьезно. Даже игру перервали.
Эта докторша была одних лет с Анной Федоровной и большая ее приятельница, сам
же доктор вот уже с год заехал куда-то сперва
в Оренбург, а потом
в Ташкент, и уже с полгода как от него не было ни слуху ни
духу, так что если бы не дружба с госпожою Красоткиной, несколько смягчавшая горе оставленной докторши,
то она решительно бы истекла от этого горя слезами.
Да и не подозрение только — какие уж теперь подозрения, обман явен, очевиден: она тут, вот
в этой комнате, откуда свет, она у него там, за ширмами, — и вот несчастный подкрадывается к окну, почтительно
в него заглядывает, благонравно смиряется и благоразумно уходит, поскорее вон от беды, чтобы чего не произошло, опасного и безнравственного, — и нас
в этом хотят уверить, нас, знающих характер подсудимого, понимающих,
в каком он был состоянии
духа,
в состоянии, нам известном по фактам, а главное, обладая знаками, которыми тотчас
же мог отпереть дом и войти!“ Здесь по поводу „знаков“ Ипполит Кириллович оставил на время свое обвинение и нашел необходимым распространиться о Смердякове, с
тем чтоб уж совершенно исчерпать весь этот вводный эпизод о подозрении Смердякова
в убийстве и покончить с этою мыслию раз навсегда.
Разговор продолжался еще с четверть часа
в том же духе и направлении, после чего Анна Якимовна, в жару разговора выпившая еще три чашки чаю, стала собираться домой, сняла очки, уложила их в футляр и послала в переднюю спросить, пришел ли Максютка проводить ее, и, узнавши, что Максютка тут, встала.
Неточные совпадения
«Не спится, няня: здесь так душно! // Открой окно да сядь ко мне». — // «Что, Таня, что с тобой?» — «Мне скучно, // Поговорим о старине». — // «О чем
же, Таня? Я, бывало, // Хранила
в памяти не мало // Старинных былей, небылиц // Про злых
духов и про девиц; // А нынче всё мне тёмно, Таня: // Что знала,
то забыла. Да, // Пришла худая череда! // Зашибло…» — «Расскажи мне, няня, // Про ваши старые года: // Была ты влюблена тогда?» —
В свою деревню
в ту же пору // Помещик новый прискакал // И столь
же строгому разбору //
В соседстве повод подавал. // По имени Владимир Ленской, // С душою прямо геттингенской, // Красавец,
в полном цвете лет, // Поклонник Канта и поэт. // Он из Германии туманной // Привез учености плоды: // Вольнолюбивые мечты, //
Дух пылкий и довольно странный, // Всегда восторженную речь // И кудри черные до плеч.
Самая полнота и средние лета Чичикова много повредят ему: полноты ни
в каком случае не простят герою, и весьма многие дамы, отворотившись, скажут: «Фи, такой гадкий!» Увы! все это известно автору, и при всем
том он не может взять
в герои добродетельного человека, но… может быть,
в сей
же самой повести почуются иные, еще доселе не бранные струны, предстанет несметное богатство русского
духа, пройдет муж, одаренный божескими доблестями, или чудная русская девица, какой не сыскать нигде
в мире, со всей дивной красотой женской души, вся из великодушного стремления и самоотвержения.
Губернаторша, сказав два-три слова, наконец отошла с дочерью
в другой конец залы к другим гостям, а Чичиков все еще стоял неподвижно на одном и
том же месте, как человек, который весело вышел на улицу, с
тем чтобы прогуляться, с глазами, расположенными глядеть на все, и вдруг неподвижно остановился, вспомнив, что он позабыл что-то и уж тогда глупее ничего не может быть такого человека: вмиг беззаботное выражение слетает с лица его; он силится припомнить, что позабыл он, — не платок ли? но платок
в кармане; не деньги ли? но деньги тоже
в кармане, все, кажется, при нем, а между
тем какой-то неведомый
дух шепчет ему
в уши, что он позабыл что-то.
Там,
в этой комнатке, так знакомой читателю, с дверью, заставленной комодом, и выглядывавшими иногда из углов тараканами, положение мыслей и
духа его было так
же неспокойно, как неспокойны
те кресла,
в которых он сидел.