Неточные совпадения
«Матушка, кровинушка ты моя, воистину всякий пред всеми за всех виноват, не знают только этого
люди, а если б узнали — сейчас был бы рай!» «Господи, да неужто же и это неправда, — плачу я и думаю, — воистину я за всех, может быть, всех
виновнее, да и хуже всех на свете
людей!» И представилась мне вдруг вся правда, во всем просвещении своем: что я иду делать?
«В тот весь месяц не до них мне обоих было; я ждала другого
человека, предо мной
виновного…
Собственно же вас, Дмитрий Федорович, я всегда наклонен считать за
человека, так сказать, более несчастного, чем
виновного…
— Признаю себя
виновным в пьянстве и разврате, — воскликнул он каким-то опять-таки неожиданным, почти исступленным голосом, — в лени и в дебоширстве. Хотел стать навеки честным
человеком именно в ту секунду, когда подсекла судьба! Но в смерти старика, врага моего и отца, — не виновен! Но в ограблении его — нет, нет, не виновен, да и не могу быть
виновным: Дмитрий Карамазов подлец, но не вор!
Неточные совпадения
Он испытывал в первую минуту чувство подобное тому, какое испытывает
человек, когда, получив вдруг сильный удар сзади, с досадой и желанием мести оборачивается, чтобы найти
виновного, и убеждается, что это он сам нечаянно ударил себя, что сердиться не на кого и надо перенести и утишить боль.
Когда герои были уничтожены, они — как это всегда бывает — оказались
виновными в том, что, возбудив надежды, не могли осуществить их.
Люди, которые издали благосклонно следили за неравной борьбой, были угнетены поражением более тяжко, чем друзья борцов, оставшиеся в живых. Многие немедля и благоразумно закрыли двери домов своих пред осколками группы героев, которые еще вчера вызывали восхищение, но сегодня могли только скомпрометировать.
То, что в продолжение этих трех месяцев видел Нехлюдов, представлялось ему в следующем виде: из всех живущих на воле
людей посредством суда и администрации отбирались самые нервные, горячие, возбудимые, даровитые и сильные и менее, чем другие, хитрые и осторожные
люди, и
люди эти, никак не более
виновные или опасные для общества, чем те, которые оставались на воле, во-первых, запирались в тюрьмы, этапы, каторги, где и содержались месяцами и годами в полной праздности, материальной обеспеченности и в удалении от природы, семьи, труда, т. е. вне всех условий естественной и нравственной жизни человеческой.
Наблюдая за китайцами, я убедился, какой популярностью среди них пользовался Чжан Бао. Слова его передавались из уст в уста. Все, что он приказывал, исполнялось охотно и без проволочек. Многие приходили к нему за советом, и, кажется, не было такого запутанного дела, которого он не мог бы разобрать и найти
виновных. Находились и недовольные. Часто это были
люди с преступным прошлым. Чжан Бао умел обуздывать их страсти.
Подобно тому как
виновные боятся сходить в преисподнюю, так и
человек, проникнутый любовью, испытывает страх потерять предмет любви.