Неточные совпадения
В области же действительной жизни,
которая имеет не только свои права, но и сама налагает великие обязанности, — в этой области мы, если хотим
быть гуманными, христианами наконец, мы должны и обязаны проводить убеждения, лишь оправданные рассудком и опытом, проведенные чрез горнило
анализа, словом, действовать разумно, а не безумно, как во сне и в бреду, чтобы не нанести вреда человеку, чтобы не измучить и не погубить человека.
Неточные совпадения
Теорий у него на этот предмет не
было никаких. Ему никогда не приходило в голову подвергать
анализу свои чувства и отношения к Илье Ильичу; он не сам выдумал их; они перешли от отца, деда, братьев, дворни, среди
которой он родился и воспитался, и обратились в плоть и кровь.
Мечте, загадочному, таинственному не
было места в его душе. То, что не подвергалось
анализу опыта, практической истины,
было в глазах его оптический обман, то или другое отражение лучей и красок на сетке органа зрения или же, наконец, факт, до
которого еще не дошла очередь опыта.
Ему пришла в голову прежняя мысль «писать скуку»: «Ведь жизнь многостороння и многообразна, и если, — думал он, — и эта широкая и голая, как степь, скука лежит в самой жизни, как лежат в природе безбрежные пески, нагота и скудость пустынь, то и скука может и должна
быть предметом мысли,
анализа, пера или кисти, как одна из сторон жизни: что ж, пойду, и среди моего романа вставлю широкую и туманную страницу скуки: этот холод, отвращение и злоба,
которые вторглись в меня,
будут красками и колоритом… картина
будет верна…»
Он перебирал каждый ее шаг, как судебный следователь, и то дрожал от радости, то впадал в уныние и выходил из омута этого
анализа ни безнадежнее, ни увереннее, чем
был прежде, а все с той же мучительной неизвестностью, как купающийся человек,
который, думая, что нырнул далеко, выплывает опять на прежнем месте.
В тридцатых годах убеждения наши
были слишком юны, слишком страстны и горячи, чтоб не
быть исключительными. Мы могли холодно уважать круг Станкевича, но сблизиться не могли. Они чертили философские системы, занимались
анализом себя и успокоивались в роскошном пантеизме, из
которого не исключалось христианство. Мы мечтали о том, как начать в России новый союз по образцу декабристов, и самую науку считали средством. Правительство постаралось закрепить нас в революционных тенденциях наших.